– Злиться? Я в ярости. Рассержен, - она подавила улыбку, а я не успокаивался. – Я взбешен. Разъярен! – слабая улыбка, и я усмехнулся. И пришел в себя. – Давай все это уберем, и я отведу тебя на шабу шабу на ужин.

– Серьезно? – вскинула брови Шиори. – У тебя нет столько денег.

– Может, и нет, - ухмыльнулся я. – Но на удон хватит.

– Ямада-сан? – робкий голос окликнул Шиори по фамилии. Я вскинул голову. Девушка вернулась с пакетом в руках.

Шиори только смотрела на нее. А потом выдохнула:

– Спасибо.

Я поднял кучу бумаг и сунул их в пакет, кивнув девушке. Она кивнула в ответ.

Немного доброты. Она была нужна всем. А не одиночество. Почему это так сложно осуществить?

Высокие мысли, как для сына демона. Я снова вспомнил урок истории. Тайра-но Кийомори был на самом деле. Кошмары были реальными. Почему?

Я внезапно захотел остаться в одиночестве, чтобы все обдумать. Но Шиори оказалась рядом со мной с улыбкой на губах и опухшими от слез глазами. Подумаю об этом позже.

– Идем, - сказал я, она кивнула.

Мы шли по парку Сунпу в свете холодного февральского солнца.

– Только не давай мне объедаться, - смеялась Шиори. – Я толстею, - она погладила живот.

Я улыбнулся, но в душе был уставшим. Я не мог больше с этим бороться. Неосторожное движение, и все сломается.

– Шиори, - сказал я, остановившись.

– Ты в порядке? – спросила она, но я не ответил. Я смотрел на покрытый травой холм у рва. Вода мерцала на холодном солнце. Не весна, но и не зима. Что-то между, как и я. Почему я терял контроль над своей жизнью?

Я рухнул на скамейку, запустив пальцы в волосы. Она осторожно села рядом со мной.

– Шиори, нельзя… позволять им так тебя травить. Я не смогу помогать все время.

Она улыбнулась, закинув локти на спинку скамейки и скрестив ноги.

– Ты всегда так говоришь, - сказала она. – И всегда приходишь?

– А если не смогу? – спросил я. – Если со мной что-то случится?

Она нахмурилась.

– В чем дело, Томо-кун?

– Ни в чем, - соврал я. Меня пугало, что кошмары оказались правдивыми, словно видениями из прошлого.

Как скоро они поглотят меня? Это случилось и с Тайрой?

Ладошка Шиори обхватила мою руку, я удивленно вскинул голову. Ее кожа была прохладной и нежной. Словно что-то хрупкое.

– Томо-кун, - сказала она. – Я постараюсь быть сильнее, ладно? Я не дам им обзывать меня. Я не хочу причинять тебе неудобства.

– Не в том дело, - сказал я. – Это не неудобства. Просто я ненавижу их за это, Шиори. Я не хочу, чтобы ты это переживала.

Она улыбнулась и кивнула, убрав руку. Вместо пальцев была пустота. Я снова остался один.

Она смотрела в сторону рва, несколько прядей выбилось из ее хвостика, упав на шею.

Обычно я не рисую людей. Это опасно, ведь я не мог управлять чернилами. Но ее вид, ее печальный взгляд и тонкие пальцы, касающиеся шеи, вызвали во мне желание запечатлеть миг. Мирный, спокойный. Нормальный. Этого я всегда хотел.

И хотя чернила были опасными, часть меня не была монстром и хотела защитить Шиори. Может, стоит довериться этому желанию.

– Шиори, - сказал я.

– Нани? – улыбнулась она. – Что такое?

– Я хочу тебя нарисовать.

Она склонила голову.

– Что? Ты ведь не рисуешь людей.

– Лишь раз.