Юрий задумался.

Странно.

Зачем же Крахоборов придумал этот сюжет про любовь и прочее? Спьяну? Что-то тут загадочное. В психологическом смысле, добавил сам себе Юрий, научившийся не только многим новым словам, но и пониманию этих слов.

— В общем так, — сказала Ирина. — Мне нужно десять тысяч долларов. Спать я с тобой не буду, хоть ты и нравишься мне. Объяснять, зачем деньги, тоже не буду. Хотя… В общем, требуется отделаться от одного человека, а для этого нужны десять тысяч. Повторяю: спать с тобой за эти деньги не буду. Обещать даже не буду. Отдам примерно через год. Максимум — через полтора. Если хочешь, напишу расписку.

— Расписка не нужна, — сказал Юрий. — Но денег у меня нет. Совсем.

— Ясно.

— Честное слою — нет денег. Мелочь какая-то.

— А аванс за сценарий?

— Ничего я не получал.

— Очень может быть. Они раскошеливаться не спешат. В самом деле, с чего я решила, что у тебя должны быть деньги?

— Не знаю, — вместе с нею удивился Юрий.

— Дура я. Просто ты единственный, кто может дать просто так.

— Я бы дал, если б было. Честное слою.

— Я верю. Ты бы дал. Но у тебя нет. А у кого есть — те просто так не дадут. А я не хочу. Понимаешь?

— Я все понимаю! — от сердца сказал Юрий. — Послушай. Давай я достать попробую. Узнаю про аванс, в самом деле. Или… Ну, у Крахоборова попрошу. Он даст. Мы же как братья с ним. Я, естественно, не скажу, для чего.

— Не даст.

— А если поспорим?

— На что?

— На шоколадку, — засмеялся Юрий.

— Господи! — сказала Ирина. — Чудак ты! Ну, на шоколадку. Подошла, поцеловала Юрия в лоб — и исчезла.

— Послушай, — обратился Юрий к Крахоборову в тот же вечер. — Что бы ты сказал, если бы я попросил у тебя взаймы? Довольно много. На год или на полтора.

— Откуда я знаю, что бы я сказал! — весело ответил Крахоборов. Он был в настроении. — Тоже мне — вопрос! Это как в детстве: что бы ты пожелал, если бы у тебя была волшебная палочка? Мы не в детстве — к сожалению и одновременно к счастью. Мечтать и обманывать себя не можем. Мы — люди практики. Откуда я знаю, что я сказал бы. Вопрос поставлен теоретически. Ты практически попроси — вот тогда я скажу.

— Хорошо, — сказал Юрий, любуясь названным братом и радуясь его хорошему настроению, — я прошу у тебя десять тысяч долларов на полтора года. Взаймы.

— Так! — воскликнул Крахоборов. — Это уже конкретно! Это, я полагаю, называется: седина в бороду — бес в ребро? Женщина! Женщина замешана, как пить дать! Хотел бы я видеть эту женщину, которая требует расхода в десять тысяч! Ах, Юра! Поверь мне, самое лучшее — это бескорыстная студенческая любовь! Ты знаешь, что такое бескорыстная студенческая любовь?

— Я студентом не был.

— А я был. Ну, пусть не студенческая. Но, главное, чистота и бескорыстность. У тебя было это?

— Дополна.

— Расскажи!

— Чего рассказывать… Ты дашь или нет?

Крахоборов рассмеялся.

— Ишь, как тебя разбирает! Мне, конечно, приятно, что ты думаешь, будто для меня десять тысяч долларов — пустяк. Но нет, брат, не пустяк. Это для меня очень даже серьезная сумма. Хорошо, я достану, я дам. Но — как ты будешь отдавать?

— Заработаю.

— В каком качестве ты собираешься работать? Где? Мы ведь уже эту тему обсуждали. Что ли, в самом деле, нищенствовать будешь? Но у нас валютой не подают. Отправить тебя в Америку? Но там бездельных нищих не любят, бывал, знаю. Надо, хотя бы, на улице портреты прохожих рисовать или играть — на гитаре, на свирели. Ты умеешь рисовать? Умеешь играть на свирели?

— А ты не поможешь найти работу?

— Работу, где получают тысячу долларов в месяц? — это, брат, даже и в Америке человеку без профессии и навыков сразу не найти. А тебе ведь надо никак не меньше тысячи в месяц.

Юрий молчал. Он начинал понимать, что просьба его, пожалуй, действительно несуразна. Насчет аванса за сценарий он решил не спрашивать. Какая там может быть плата? — он сидел-то всего пару дней, Крахоборов потом дольше все переделывал и приводил в божеский вид, ошибки исправлял…

— Ты знаешь, — говорил меж тем Крахоборов. — В детстве на меня сильное впечатление произвела одна история. Ты ее, может, тоже помнишь, нам ее рассказывали в первом или втором классе, а ты ведь класса два-три закончил-таки.