МАРША. Ох-х! Потерпите чуть-чуть. Давайте ещё раз. Фальстарт есть фальстарт, как любит говорить Реджи. Какое нелепое падение!

ДЖЕЙН. Пожалуйста сделайте что-нибудь, миссис Хорнбим! У меня больные колени, а я так ушибла коленные чашечки. (МАРША наклоняет кресло в сторону и вытягивает его из-под ДЖЕЙН).

МАРША. Ужасно сожалею, что так произошло.

ДЖЕЙН (Встаёт, разглаживает одежду). Я порвала колготки…

МАРША. Должна однако сказать, вы удивительно гибки. Поразительно. Вы, должно быть, ходите на йогу? Пожалуй, я спрячу кресло в стенной шкаф. Не хочу, чтобы Реджи увидел его в момент возвращения.

ДЖЕЙН. Я не сломала его!

МАРША. Нет, нет… Лучше убрать кресло с глаз долой. Если он увидит своё единственное и неповторимое в таком виде, и плюс вы расскажете ему о моём адюльтере, это станет той соломинкой, которая доломает спину несчастного верблюда. (Подхватывает кресло и тащит в сторону стенного шкафа. По пути осматривается. Чуть приоткрывает дверь кабинета, чтобы убедиться, что УОЛТЕР уже ушел. Взглянув на часы, возвращается в прихожую). У него прямо-таки дьявольский уэльский темперамент, скажу я вам!

ДЖЕЙН. Да, я прочла в Who is Who, он родился в Уэльсе.

МАРША. И сохранил этот проклятый темперамент. (Спохватившись). Я имею в виду, сохранил любовь к звучанию уэльского говора.

ДЖЕЙН. Мне всегда нравились эти темпераментные кельты. Это ваша свадебная фотография — на пианино?

МАРША. О, Боже! (Поспешно направляется к инструменту). Лучше убрать это фото! Оно сделает Реджи очень эмоциональным! (Относит портрет в кухню).

ДЖЕЙН. Миссис Хорнбим, могу я задать один вопрос? Правда, что ваш роман с Брайаном завершён?

МАРША (Появляется на пороге). Правда. (Помолчав). Но почему вы должны верить мне?

ДЖЕЙН. Мы завтракали сегодня, и он сказал, что всё кончено. Но вам я верю гораздо больше, чем ему. Он — профессиональный врун!

МАРША. Вы сказали ему, что видели меня?

ДЖЕЙН. Да. Я позвонила в гольф-клуб, и они ответили, что он как раз готовится к плэй-офф. Я появилась из-за деревьев точно в момент, когда он готовился к первому удару.

МАРША. Должно быть, он был несказанно удивлён?

ДЖЕЙН. О-д! Его удар пришёлся в пруд, и он проиграл. Но мы прекрасно позавтракали в ресторане клуба, и он сказал, что у вас был прощальный ужин.

МАРША. Это — правда. Ни один из нас не сказал этого, но оба знали.

ДЖЕЙН. И вы не собираетесь больше встречаться?

МАРША. Нет. У нас был небольшой роман…. чисто физическое влечение. И оно иссякло, сошло на нет.

ДЖЕЙН (Милостиво). Я готова поверить вам, миссис Хорнбим.

МАРША (Поспешно). Значит ли это, что вы решили не информировать Реджи?

ДЖЕЙН. О, нет! Я должна, я обязана! Но обязательно добавлю, что верю, что роман завершён! Хочу быть честной, миссис Хорнбим.

МАРША (Помолчав). И на том спасибо.

ДЖЕЙН. Больше нам больше нечего сказать друг другу. Сейчас я ухожу и вернусь к десяти.

МАРША. Что вы сказали?! Нет!!! Пожалуйста! Вы не можете сейчас уйти! Реджи тогда уже будет дома. То есть я имею в виду, он вот-вот будет дома.

ДЖЕЙН. Понимаю, но хочу дать вам возможность первой рассказать ему обо всем. Я так решила потому, что почти уверена, что ваш роман с моим мужем завершён. И не хочу добивать вас! (Направляется к двери).

МАРША. Нет, пожалуйста, миссис Эрскин! Я вовсе не хочу рассказывать Реджи мою версию до вашей!.. (Крайне нетерпеливо и возбуждённо). О, Боже! Посмотрите. Прежде, чем уйти! (ДЖЕЙН останавливается на пороге прихожей).

ДЖЕЙН. Что случилось?

МАРША. Могу я сказать вам кое-что, пока мы наедине? (Яростно почёсывается). Очень конфиденциально… (ДЖЕЙН внимательно смотрит на МАРШУ, раздирающую кожу).

ДЖЕЙН. Надеюсь, вы не подхватили что-нибудь эдакое, не так ли?

МАРША. Что?

ДЖЕЙН. Что-нибудь, чем вы могли заразить Брайана, и что он может передать мне?! (ДЖЕЙН почёсывается).