Следующие два павильона были посвящены выходцам с Марселии и тоже не привлекли большого интереса семьи Ларм. Разве что белка-ласка — несмотря на свой скромный размер, мастерица неожиданного прыжка и обладательница небольших, но очень острых зубов и когтей, гроза хищников всей планеты: почему-то её, не испытывающей большого аппетита при виде травоядных, в марселийском зоопарке не было.

Фауна Оритании оказалась намного интереснее. Тамошние джунгли ещё не были вполне исследованы, но впечатление производили сногсшибательное. Среди огромных стволов и толстых лиан ползали, недовольно поглядывая друг на друга, огромные змеи — как ядовитые, так и просто склонные душить встречных в тесных объятиях, — воющие сумчатые крокодилы с большими лапами и выступающими из пасти клыками, летающие рептилии, напомнившие Эвару динозавров, которых он когда-то рассматривал с расстояния трёх шагов благодаря амазонской машине времени, и огромная оританская рысь с большими печальными глазами, нападающая даже на самых крупных хищников. Рядышком посетители увидели ядовито-зелёное плотоядное дерево с большими оранжевыми цветками, в которых прятались плоды-приманки, похожие на арбузы.

А вот и выходцы с Земли. Эвар сразу узнал свою старую знакомую — тёмно-серую змею-холм. В павильоне не было обычной почвы, только прозрачный песок, в который змея старательно зарылась, образовав спираль, смертельно опасную для всякого, кто решится вскарабкаться на холмик. Жерар обиженно вздохнул, вспоминая свою первую и единственную встречу с этим проклятым чудовищем, немногим больше самых крупных оританских змей, но необычайно коварным и при этом терпеливым, способным неделями поджидать очередную свою жертву посреди пустыни.

'Коричневые зубы', как окрестили десантники уже после гибели Жерара ту дрянь, с которой он первый вступил в бой на Земле: нечто вроде крабов, но с огромными зубастыми пастями. А вот 'камни' с ядовитыми клешнями…

Были и не столь примечательные представители земной пустыни: небольшие змеи, скорпионы и прочие существа, встреча с которыми особо возбуждает путешественника. Эвар отметил про себя практически полное отсутствие морской фауны, которая на других планетах явно преобладала над сухопутной.

— Мама, а что там? — спросил вдруг Пьер, указывая на небольшой чёрный павильон в стороне.

— Давай посмотрим! — живо кивнула молодая мама. Эвар подхватил Клару, которая, судя по её недовольному виду, уже устала ходить, и все вместе направились к таинственному павильону.

— Сожалею, детям сюда заходить нельзя! — решительно остановил их сотрудник охраны зоопарка.

— Почему? — поинтересовался Эвар. Охранник робко посмотрел на него:

— Здравствуйте, господин генерал-майор… Простите, детям туда нельзя. И беременным женщинам тоже.

— Но почему? — начала сердиться Мадлен.

— Понимаете, мадам, в этом павильоне… — охранник смущённо посмотрел на малышей, явно размышляя, как бы объяснить особенности охраняемого объекта. — В общем, там довольно неприятные существа.

— Чем именно они неприятны? — снисходительно спросил Эвар. Охранник выразительно взглянул на него:

— Ну, господин генерал-майор… Там стемки с Вашингтонии…

— А, ясно, — кивнул Эвар и посмотрел на жену. Та тоже всё поняла: стемки, похожие на земных сусликов, но бурого цвета, жили почти всё время в темноте, а при любом освещении в спектре, доступном человеческому глазу, затевали брачные игры. При этом ухаживаний за самкой практически не было. Самцы просто дрались между собой, победитель загрызал и пожирал проигравшего, и в этом торжественном пиршестве принимала участие также самка, после чего они переходили к вещам более интимным. Разумеется, супруги Ларм тут же забрали детей от малоприятного павильона и направились к другим животным из Колумбии.

Когда они уже покидали последний павильон, Эвар неожиданно услышал:

— Господин генерал-майор! Можно вас на три минуты?

К Эвару обращался солидный господин лет пятидесяти, в синем деловом костюме и больших тёмных очках.

— Можно, если снимете очки! — недовольно ответил Эвар, сразу вспомнивший, как Изабель Ронсар описала таинственную даму, передавшую ей жуткие файлы. К тому же было ясно, что этот господин следил за ним, Эваром, и его семьёй, пока они гуляли по зоопарку.

Незнакомец улыбнулся, кивнул и подчинился. Эвар сразу узнал Поля Бижу — исполнительного секретаря Трудовой партии.

— Что вам угодно, господин Бижу?

— Могу я поговорить с вами наедине?

— Извините, у меня нет тайн от жены. Или говорим здесь, или — прошу прощения и до свиданья.

Бижу смущённо посмотрел на Мадлен, вздохнул и решился:

— Хорошо, господин Ларм. Наверное, вы правы. Тем более что вопрос косвенно касается всей вашей семьи. Руководство нашей партии предлагает вам войти в наш предвыборный список.

— Сожалею, господин Бижу, мне очень хорошо в отставке, и возвращаться в политику я не вижу смысла.

На лице собеседника отразилось недоумение:

— Как же так, господин Ларм? При вашей популярности в народе…

— Меня очень быстро забудут, не сомневайтесь.

— Но вы не имеете права игнорировать интересы страны!

— Что, простите? — удивлённо и высокомерно спросил Эвар. — Я честно плачу налоги, отслужил своё в армии, а потому полагаю, что мой долг перед страной исчерпан. До свиданья, сударь!