— Это я ещё могу понять, — вздохнул Эвар. — Если нужны люди для медицинских экспериментов, то использовать террориста, который пытался взорвать торговый центр, просто справедливо…

— Попробуй, объясни это нашим либералам. Тебя съедят! Вот сейчас происходит скандал в Англии. Как ты думаешь, чем он закончится? Держу пари: рабство будет легализовано! Разумеется, в отношении только граждан тех стран, с которыми Англия в состоянии войны. У нас поднимется шум, пойдут протесты, а затем тоже легализуют рабство — в порядке ответной меры! И получится, друг Жерар, что это ты во всём виноват: ведь до тебя, твоих операций и разоблачений, в обеих странах рабство было под запретом!

Эвар почувствовал, что сбит с толку.

— А что скажут Колумбия и Русь?

— Ничего, вот увидишь. Вернее, повозмущаются немного, и всё. Давно прошли те времена, когда предки колумбийцев воевали за отмену рабства. Зачем тем и другим слишком портить отношения с Англией и Галлией, обеими сразу, вмешиваться в их внутренние дела? Ведь граждан Руси и Колумбии никто в рабство не забирает, их просто возвращают за выкуп.

— Да, и вот в этом я не могу разобраться, — кивнул Эвар. — Почему наша страна и Англия не выкупают своих пленных друг у друга и у пиратов, не обменивают их?

— Отчего же? Кое-кого выкупают. Конечно, если это родственники кого-нибудь из олигархов, нужные им люди или просто богачи, способные сами уплатить за себя. Тогда за них выкладывают больше, чем другая сторона предложила бы за простого раба. Но если это обычные граждане, зачем на них тратиться? Лучше купить раба-иностранца и испытать на нём новую вакцину, это намного выгоднее.

— Кошмар, — вздохнул Эвар. Маршал испытующе посмотрел на него:

— Вот теперь ты всё знаешь. То есть, конечно, не всё, но достаточно, чтобы свалить нынешнее правительство И что будешь делать?

— Не знаю…

— Нет, парень, ты обязан знать, принять решение. Уйдёшь в отставку, поменяешь местами правительство и оппозицию или сделаешь вид, будто ничего не знаешь?

— Умоляю тебе, Жан! Я сойду с ума!

Маршал вздохнул:

— Да, парень, настоящий выбор — это тяжёлая и неприятная штука. По себе знаю. Но…

Маршал Бордо сделал многозначительную паузу. Эвар, у которого в последние часы мозговые процессы явно тормозились, вдруг понял, что министр обороны собирается сказать сейчас самое главное.

— Да, Жан? Ты считаешь, есть ещё какой-то выход?

— Есть, — глухо произнёс маршал. — И это такой выход, которым можем воспользоваться только мы с тобой вместе.

— Да, Жан! Я тебя слушаю!

— Мы с тобой, Жерар, сейчас самые популярные люди в стране. Ты первый, а я второй. Меня беспрекословно послушается армия, а тебя — не только Служба Безопасности, но почти вся Галлия.

Эвар горько усмехнулся:

— Жаль, наш Президент об этом не знает.

— Узнает, если захочешь.

— Что ты имеешь в виду?

— Если мы с тобой сейчас договоримся… Через сутки армия и Служба Безопасности будут контролировать всю Галлию. Мы с тобой создадим совместные патрули и группы быстрого реагирования, вроде той, которая действовала на Темзии. Разоружить правительственную охрану, арестовать Президента, министров и Парламент — полчаса. Взять за шиворот либералов, их партии и сочувствующих журналистов — пара часов. Занять учреждения связи, космопорты, газеты, телевидение — часа три. Очаги сопротивления, разумеется, будут, но в течение суток-двух мы их подавим. Полагаю, большой крови не выйдет.

— Жан! — прошептал Эвар. — Это же государственный переворот…

— Да, верно. Тебя смущает это жуткое название? А те снимки, которые мы с тобой видели полчаса назад, лучше?

— Я этого не сказал.

— Правильно сделал. Теперь смотри: первым делом, мы обнародуем факты рабовладения в нашей стране. Пленным англам принесём извинения и отправим в Колумбию. Там, разумеется, возмутятся жестокости галлийцев, но, сам понимаешь, нам с тобой это только на руку. Далее, вводим смертную казнь за террор, пиратство, особо жестокие убийства, работорговлю, совращение и убийство детей, распространение наркотиков. Вот тебе и кадры для медицинских экспериментов. И предлагаем Англии произвести такие же реформы. Если англы не захотят — окажутся в международной изоляции как единственные, кто поддерживает рабство. Согласятся с нами — конец войне, а возможно, и пиратству. Ну что — игра стоит свеч?

— Подожди, подожди… — прошептал Эвар. — Дай мне опомниться, подумать…

— Думай, только недолго. Сегодня ты разворошил осиное гнездо, не надейся, что это сойдёт тебе с рук. Ты должен принять решение сейчас или никогда!

Эвар схватился за голову. Да, Жан прав. Выбор именно таков: или продолжение рабства, истязаний тысяч невинных людей, как англов, так и галлийцев, террор и пиратство — или переворот немедленно… Тысячи, миллионы других невинных людей окажутся в тюрьмах и на каторге — только за то, что не согласятся признать новую власть. Цензура, комендантский час, занавес страха над всей страной. Недовольные в армии и Службе Безопасности пойдут под трибунал. И это в лучшем случае, если удастся быстро взять под контроль страну. Иначе — гражданская война, и тут уже не аресты, а смерть миллионов людей. Чтобы спасти тысячи людей от рабства, зверских медицинских экспериментов, должны будут погибнуть миллионы. Возможно, Галлия развалится, и это ещё не худший вариант развития событий по такому сценарию. Что же делать? Решить надо немедленно.