— Вас неправильно информировали! — льстиво-слащавый тон Президента недвусмысленно показывал, что он хочет чего-то от Февра. Генерал-полковник пожал плечами: президент добивается чего-то от отставника? Ну и глупость…

— Господин Президент, это не имеет значения. Я ни на кого не обижаюсь. Я уже отошёл от дел в сфере безопасности Галлии и полностью переключился на свои личные.

— А что вы думаете о назначении на ваш пост господина Жерара Ларм?

— Генерал-майора Жерара Ларм, господин Президент. Впрочем, в момент назначении он, кажется, был бригадным генералом. Не помню точно. Очень компетентный человек, работает ювелирно, действует внезапно для противника, использует совершенно новые, нетрадиционные схемы. Могу только поздравить вас с этим назначением. Лучшей кандидатуры я бы сам не предложил.

— Но он незаконно получил звание полковника! — завопил неожиданно Президент.

— Как это — незаконно? — удивился Февр. — Он, правда, в момент присвоения этого звания был штатским, отставным рядовым десанта, но для подобных случаев существует процедура внеочередного присвоения звания. Насколько я знаю, утверждение внеочередного звания — ваша функция. Или я что-то забыл?

— Нет, вы правы, — недовольно проворчал Президент. — Но Колюш, этот пьяница и врун, ввёл меня в заблуждение! Сказал, что Ларм доктор наук!

— А разве нет?

— Он стал доктором только после того, как получил звание полковника!

— Простите, не понимаю. Его диссертация плоха?

— Не знаю, я не физик…

— Зато я немного физик. И я читал его статью, — спокойно произнёс Февр. — И Максен её читал. Статья крайне интересная, революционная. По справедливости, за неё должны были сразу дать докторскую степень, как Эйнштейну.

— То есть вы полагаете, что Ларм — идеальная кандидатура на пост главы Службы Безопасности? — упавшим голосом спросил президент.

— Безусловно. Я и сам когда-то подумывал назначить его своим заместителем. К сожалению, от этой идеи пришлось отказаться из-за его мнемограммы.

— А что с ней такое? — оживился Президент.

— Из неё как будто следовало, что у Жерара Ларм раздвоение личности.

— То есть он сумасшедший?! — радостно завопил Президент.

— Едва ли. К психиатрам он не обращался, а свою 'вторую личность' сознавал как иллюзорную, о чём прямо заявлял нашим сотрудникам.

— Что это значит? — озадаченно спросил Президент.

— Это значит, что Ларм не псих, — пояснил Февр, недовольный тем, что принятие душа всё откладывается. — Ни один псих не считает свои видения иллюзиями.

— Но разве у нормальных людей бывают видения, раздвоение личности?

— Почему же нет? Простейший пример — мираж, он имеет вполне физическое объяснение. Другой пример — хороший актёр или писатель, который настолько вжился в образ, что считает себя, скажем, Наполеоном при Аустерлице или Кромвелем при Марстон-Муре. Если какой-нибудь психиатр сочтёт это сумасшествием, то подобного врача следует сразу лишить диплома. В конкретном случае генерал-майора Ларм наиболее вероятной причиной раздвоения личности следует считать нагуали. Под их воздействие он попал во время одной из операций нашего десанта на Земле.

— А в чём проявляется его раздвоение личности? — уныло спросил Президент.

— Уже ни в чём, — со злостью ответил Февр. — Ещё до моей отставки он прошёл операцию по удалению ложной памяти, и с тех пор Ларм совершенно нормальный человек.

Последовала пауза. Февр открыл было рот, чтобы пожелать высокопоставленному собеседнику спокойной ночи и разъединить, как вдруг услышал:

— Дорогой Гастон, а как бы вы отнеслись к тому, чтобы снова возглавить Службу Безопасности?

— Что? — удивился Февр. По ходу разговора он уже понял, что Президент непрочь придраться к Жерару по любому поводу, но не предполагал, что неприязнь зашла так далеко. — Вы что, отстраняете Жерара от должности?

— Да, мы его отстранили.

— Почему это?

— К нему серьёзные претензии со стороны комиссии по Правам Человека.

От злости Февру захотелось выругаться.

— У этих кретинов всегда претензии к тем, кто занимается делом! Я сам с ними ругался чуть ли не каждый день! Их бы разогнать ко всем чертям!

— Пожалуйста, не надо так говорить! — умоляюще произнёс Президент. — Они полностью поддерживают вашу кандидатуру на этот пост!

Глаза Февра широко раскрылись. Чтобы либерал-дебилы его поддержали хоть в чём-либо? Такого ещё не бывало…

— Вы хорошо поняли их мысль, господин Президент?

— Да-да, конечно! — торопливо заговорил глава государства. — Вашу кандидатуру поддерживают все! И парламент, и правительство! Требуется только ваше согласие!

Февр озадаченно почесал макушку. Если бы Президент начал разговор с того, что произнёс только что, отставной генерал-полковник не задумываясь послал бы его подальше, красавица Анжелика важнее. Однако сейчас, когда по ходу беседы в памяти всплыли старые интересы и чувства, вспыхнул азарт, и просто так отказываться уже не хотелось. Но и соглашаться…