– Прекрасно!.. Тебе так нравится, мой милый? – томно заговорила миссис Ирэн, проводя кончиками пальцев по его груди.

– Нравится? Быть связанным? – забеспокоился племянник. – Не собираетесь ли вы, тётушка, вместо горничной наказать меня?

 - Посмотрим на твоё поведение, мальчик, - улыбнулась тётя. – Сегодня тебя ждёт необычный вечер… Я ведь обещала! Давай-ка я раздену тебя совсем.

И она взялась за ремень его брюк.

– Что вы делаете, тётя?..
– забеспокоился беспомощный лейтенант. – Не нужно!..

– Не нужно? Глупости… Ты же хочешь получить удовольствие, не так ли? А как же ты его получишь в брюках? – логично возразила тётя, освобождая от одежды его нижнюю часть.

Когда брюки вместе с нижним бельём сползли вниз, и немаленький орган сэра Генри печально повис, тётушка задумчиво посмотрела на него.

– Как летит время!.. Ведь, кажется, совсем недавно я вытирала тебя после купания и целовала его, такого маленького… Он целиком помещался на языке! Ты помнишь?

– Конечно, тётя. Мне больше никто никогда так не делал... Вы меня любили больше, чем мама!

– Мамочку ты просто не помнишь - она так рано ушла от нас, бедная Мария… А я любила до сумасшествия! Какой ты был красавчик! …Поцеловать его, что ли, по старой памяти? – задумалась тётушка, глядя на свисающий предмет.

– Да... как в детстве… - лейтенант снова ощутил себя маленьким мальчиком, завёрнутым в полотенце, и находящимся в полной власти у своей тётушки.

Миссис Ирэн опустилась на корточки, потянулась к свисавшему предмету и чуть коснулась его губами. И он тут же потянулся к ней навстречу!

– Внушительный… – она задумалась, подыскивая слово, но не нашла ничего подходящего.
– Однако нам пора!

– Как?? – удивился сэр Генри, ожидавший долгой и приятной процедуры.

 - Пойдём, я тебе кое-что покажу, - говорила тётя, выводя своего голого племянника из комнаты на галерею.

– Куда вы меня тащите, тётя? Нас могут увидеть…

– Глупости. В доме никого, кроме дяди Джеймса… А он не покидает инвалидной коляски.

– Но зачем мы ушли из спальни?.. Для чего были все эти приготовления, связывания? Я думал, вы хотите развлечься со мной… не совсем обычным образом…

– Ах, вот что!.. И ты был бы рад совратить и опозорить честную замужнюю женщину, маленький негодяй? Свою родную тётушку? – смеялась миссис Ирэн, увлекая племянника на лестницу.

Связанный и голый, Генри испуганно озирался, боясь быть кем-нибудь увиденным.

– Нет, милый, моя добродетель несгибаема!- говорила тётя, ведя его наверх.
– Я верная супруга дядюшки Джеймса.

Когда они поднялись на верхнюю галерею, пред сэром Генри в полумраке неожиданно возник силуэт девичьей фигурки, перегнувшейся через перила. Кроме чулок и подвязок на ней не было ничего. Упругая округлая попка была задорно приподнята. Лейтенант ахнул.

– Ой, смотрите-ка, кто это там стоит? – посмеивалась тётушка. – В такой пикантной позе... Ах, да это наша горничная! И почти без ничего!.. Ай, какой стыд, молодые люди - оба нагишом!

– Что она там делает?.. – зашептал Генри.

– А вот сейчас узнаем, – говорила миссис Ирэн, подводя упиравшегося племянника.

– Вот, Амалия, - сказала тётя, - я привела нашего гостя... Нет-нет, ты стой, как стоишь! И слушай... Сегодня тебя накажет он - не всё же мне трудиться. Надеюсь, это послужит тебе хорошим уроком. ...Что?

– Да, мадам, - послышался сдавленный голос умиравшей от стыда Амалии, совсем забывшей, что именно за это «мадам» она и наказывается.

– Ты опять?? – удивилась тётушка.
– Ну, что же... Сэр Генри!

Сэр Генри в это время, забыв обо всём, смотрел на приподнятую часть Амалии, и плоть его, которую ничто не сдерживало, восстала до небес.

 - О-о, мой милый, да вы просто Геракл! – восхитилась тётушка.
– Приступайте же.