Затем она зашла сзади и нажала мужчине на ягодицы.

 - Ой-ой-ой! – запричитала горничная. – Ой-ё-ёй!!

Но сэр Генри уже не мог ни остановиться, ни уклониться, и погрузился в неё полностью.

– Вот так! – обрадовалась госпожа, и обоими руками взяв сэра Генри за бока, принялась его раскачивать.

– Fuk it! Fuk it! – самозабвенно повторяла она, всё более возбуждаясь.

Сэр Генри тяжело задышал и отдался этим вынужденным движениям, забыв обо всём.

Горничная стонала и всхлипывала.

Миссис Ирэн прижалась бёдрами к ягодицам сэра Генри, руками вцепилась в девчонку и принялась раскачиваться вместе с ними.

Все трое наслаждались… Оргазм накрыл их почти одновременно.

Сверху, их темноты, прерывисто дыша, смотрел на эту картину четвёртый - сам хозяин Уитстокс-холла, муж миссис Ирэн, уже несколько лет не покидавший инвалидной коляски.

Его старческая плоть тоже восстала, и он страстно надеялся, что сегодня Ирэн оседлает и прокатится на ней, вознаградив его за долгие недели невнимания – она здорово возбудилась. Если только она не вздумает оседлать сэра Генри…

Он заскрипел зубами и сжал в кармане старую бритву золлингеровской стали, которой давно уже не пользовался, но хранил… на всякий случай.

* * *

Примерно через час, когда сэр Уитстокс ещё не ложился, в дверь его спальни постучали.

– Вы ещё не спите, Джеймс? – спросила его супруга, заходя в комнату.

На ней был короткий шёлковый халат с кистями, ярко-красного цвета. Лицо её дышало свежестью, а на волосах кое-где блестела вода: Ирэн только что приняла ванну.

– Пока нет, дорогая. Вы зашли пожелать мне покойной ночи? – в голосе мужа звучала тщательно скрываемая просьба, даже мольба, которую супруга научилась чувствовать.

– Не только, милый, - она перешла на интимное «ты».
– Ты, надеюсь, видел всю сцену на лестнице? Я устроила её специально для тебя… Тебе понравилось?

– Ах, Ирэн! Какие рискованные эксперименты ты устраиваешь, - вздохнул сэр Джеймс. – Понравилось, конечно!.. Но что скажет завтра наш гость, сэр Генри?

Ирэн засмеялась и ласково взъерошила мужу волосы.

– Наш гость оказался брезглив, и уже час отмывается в ванной. Но я уверена, что мы увидим его у себя ещё не раз… Наверняка он запомнит этот вечер. Однако он пытался соблазнить меня!..

– Надеюсь, ты не поддалась, дорогая?
– улыбнулся старый джентльмен.

– Об этом ты мог бы и не спрашивать, дорогой, - в тон ему отвечала супруга.
– Но ты... Как ты себя чувствуешь, милый? Ты смог бы?.. Прости, что я об этом говорю, но... я страшно возбуждена.

Сэр Джеймс со страстью прижался губами к её руке.

– Дорогая, я... Эта сцена превратила меня просто в сексуального маньяка!

Сэр Джеймс откинул плед, под которым на брюках угадывался значительный холмик. Миссис Ирэн улыбнулась и позвонила в колокольчик.

Через минуту в спальню поднялась сиделка Марта – крупная высокая тётка, больше похожая на мужчину.

– Подготовьте сэра Джеймса ко сну, - сказала хозяйка. – С полным омовением.

Сиделка принесла воды, простынь, губки и полотенца, и стала раздевать сэра Джеймса. Затем, легко приподняв его, стянула с него брюки, а затем и нижнее бельё.

Наконец хозяин Уитстокс-холла предстал перед дамами совершенно голым. Его ноги, всегда неподвижные, были высохшими и худыми, но верхняя часть туловища выглядела вполне нормальной.

Сиделка принялась работать губкой, омывая сэра Джеймса всюду, особо уделяя внимание промежности. Хозяин отрешённо лежал в кресле, всецело отдавшись её ловким рукам: процедура была для него привычной.

Нежные прикосновения губки с тёплой водой привели его орган в состояние лёгкой приподнятости. Марта молча делала своё дело.

– Хорошо, - сказала Ирэн, наблюдая за работой. – Протрите подмышками, а здесь я сама...

Она намылила вторую губку, приподняла двумя пальчиками набухший орган и стала лёгкими движениями омывать мошонку. Член сэра Джеймса заторчал основательно.

Смыв мыло чистой водой, Марта взяла простыню и, завернув в неё тело хозяина, стала его промокать, не забывая про интимные места. Казалось даже, что она уделяет этим местам особое, ласковое внимание. Плоть сэра Джеймса вздыбилась не на шутку.