Мне иногда снились сны, в которых я была рядом с Эфином, но он каждый раз оставался в стороне, тогда просыпалась с болью в груди. А ведь он сейчас счастлив и не вспоминает обо мне, я же, как глупая самка, привязалась к нему и не могу отпустить. Удивительно, насколько несправедлива жизнь. Когда я его сторонилась и избегала, он не находил себе места и постоянно сердился, когда же открылась, то он просто всадил мне нож в сердце, наверное, то была его месть.

Когда все же добралась до дома и прошла в свою комнату, то села у окна и начала слушать песни Тихих лесов, они манили к себе, обещая спокойствие и умиротворение, но мое единение с природой нарушил отец. Он вошел в покои и очень робко спросил:

– Я не помешал тебе? Могу ли войти?

– Конечно, сейчас у меня редко бывают гости, - я засмеялась, так как кроме редких визитов сестер больше никто не приходил.

Отец сел в кресло, что стояло рядом с моим и также посмотрел в окно:

– Чем тебе так нравятся Тихие леса?

– Не знаю, они всегда успокаивали.

– Амена? Я давно хотел спросить.

– Да, – я перевела на него уставший взгляд и слегка прищурила глаза.

– Почему Эфин отпустил тебя?

– Потому что я выиграла спор, - в этот момент отец приподнял брови, и на его лице появилась неуверенная улыбка.
– Да-да, именно так. Он не такой и плохой, каким казался. Мы поспорили, и он дал слово, что в случае моей победы, отпустит домой, так все и вышло.

– А что с Фарном? – отец явно начал нервничать.

– А что у меня может быть с Фароном? Он проявил благородство и сопроводил в Мазарат.

– И все? Просто мне показалось, что он заинтересован тобой.

– Папа? Ты знаешь чего-то, чего не знаю я?

– Нет, что ты, – он откинулся на спинку кресла, и все та же неуверенная улыбка блуждала у него на лице. – Мне показалось, что ты ему нравишься.

– Возможно, номары любят женщин других видов. Мы провели много времени вместе, он учил меня, охранял, но он не тот, кто мне нужен. Я больше не хочу быть чьей-то прихотью, игрушкой или просто порывом, мне нужно значительно больше.

– Я тебя понимаю, - отец глубоко вздохнул, а в его голосе появились нотки печали. – Не знаю, сможешь ли ты когда-нибудь простить меня за все, что я сделал.

– Папа, - я взяла его за руку. – Все, что произошло, это было не случайно и имело важные для меня последствия. Чтобы освободиться, мне пришлось пройти этот путь, я стала сильнее. А ты как Правитель защищал свой народ. Поэтому я больше не сержусь на тебя, главное, что теперь все будет иначе.

– Как иначе?

– Я сама буду распоряжаться своей жизнью, больше никаких договорных союзов или обменов. Минекая официально принял меня в свое войско, теперь я воин Мазарата.

– Как воин? – он не ожидал услышать такого, - но почему я не знаю об этом?

– Я надеялась, что ты будешь не против, поэтому уверила Минекая в том, что у него не будет проблем с этим. Пойми отец, я рождена, чтобы держать меч в руках. Ты же знаешь, кем были наши предки.

Тогда отец совсем замешкался и не знал, что ответить, а я продолжила:

– Критти были не просто кочевниками, они были захватчиками и Великими воинами, которых веками боялись такие как номары. В наших венах течет их кровь, мы стали слишком мягкими и запутались в своем прошлом, поэтому номары одержали верх, но если бы мы помнили о своих корнях, то никто бы не покусился на нашу землю. Я же больше не хочу быть одной из тех глупых дев, которые лишь умеют примерять наряды и собирать плоды Капры. Мы должны вернуть былую славу, во имя наших предков.

– Уже слишком поздно.

– Что значит поздно? Номары зареклись не трогать Мазарат, теперь у нас есть время, чтобы подготовиться.

– Я не хотел тебе всего рассказывать, но сейчас понял, что окончательно паду в твоих глазах, если не признаюсь, – он так нежно улыбнулся и впервые посмотрел на меня, как на своего ребенка. – Ты особенная Амена, в тебе всегда было что-то, что вызывало во мне восхищение и одновременно страх, но я заблуждался, и то был не страх, а предчувствие. Предчувствие Величия. Даже ребенком ты не переставала быть сильной, твои сестры другие, в них этого нет.

– Так в чем же твоя тайна?

– Фарон сказал, что его брат готовится к войне с нами. И он предложил объединить силы, чтобы противостоять Эфину, а за нашу помощь обещал уйти, забрав с собой номаров и тумо. Однако, он потребовал кое-что взамен.

– Что же?

– Тебя. В противном случае, они разрушат Мазарат.

После всего сказанного я закрыла глаза и засмеялась:

– Фарон! Он истинный номар. Ведь в его поступках никогда не бывает чего-то просто так, у него всегда есть план, только вот я упустила это из виду. Значит, ему нужна я, а также убрать со своего пути брата.

– Ты что-то знаешь?

– Нет, отец, я ничего не знаю. Я уже ничего не знаю. Хотя, единственное правильное решение, которое нужно принять, это никогда не верить номарам!

– Фарон скоро прибудет за ответом, я снова должен буду сделать какой-то выбор.

– Тебе необязательно играть по их правилам. Если братья решили бороться между собой за власть, то мы должны сделать все, чтобы избежать потерь среди наших. Нам нужен план, но чтобы быть увереннее, мне надо встретиться с Эфином.