Нет, ничего подозрительного, ни единой зацепки. Я так тщательно щупала всё подряд, что кончики пальцев онемели, а голова закружилась от слабости.

Секретный рычаг должен хотя бы немного отличаться от остальной поверхности, как его не маскируй, но когда за окном сгущается ночь, приход которой невозможно остановить, а ноги больше не держат – ничего больше не остается, кроме как признаться – никаких тайных лазов в комнате не существует. Или их так мастерски спрятали?

Нет, Лили… не тешься иллюзиями. Выхода нет.

На кровати мягче и теплее. Нужно подумать, но больше не получается. Сколько можно думать? Голова гудит и всё так… бесполезно, как будто специально чем больше пытаешься вырваться из замкнутого круга, тем сильнее он смыкается.

– Янис…

Ну вот, теперь я плачу. Не думала же я, на самом деле, что достаточно произнести вслух имя, чтобы перед тобой предстал его владелец? Из-под земли, как говорится. А в случае, когда речь о некроманте, ещё и очень двусмысленно говорится… И кстати, невозможно не думать об идее, которую подал Рондо, неприятную, злую, но вполне вероятную, только не в отношении меня, а в отношении некроманта. Как на человека влияет близкая смерть? Как угодно… Янис мог верить, что влюблён в меня, но насколько это правда? На что пойдёшь, чтобы отвлечься, скрасить последние дни? Даже страшно представить, на что.

Тьфу ты, даже думать не хочу.

Если говорить вслух, становится немного легче – как будто поблизости верный друг, весьма ко времени уверяющий, что всё будет хорошо. Только слова почему-то говорит совсем другие:

– Если я не выберусь, всё закончится очень плохо. Если я не выберусь, всё закончится очень плохо. Очень плохо. Плохо. Плохо!

За дверью снова загромыхали шаги, причём звучат они гораздо громче и неуклюжей, чем человеческие.

Наверное, потому что уже очень поздно. На дворе ночь, а с первыми солнечными лучами Янис уедет, и тогда всё будет очень плохо. Или не с первыми, пусть солнце уже поднимется, но разница небольшая.

Янис завтра уезжает? Разве такое возможно? Почему… почему он даже не пытался со мной встретиться? Просто спросить, хорошо ли я себя чувствую? Как знать, Лили, возможно, для него всё произошедшее было вовсе не откровением, а просто способом расслабиться перед неминуемой гибелью, урвать от жизни последнее. Может, пока ты горела, отдавая ему всё, что имела, он просто пользовался тобой, твоим телом, твоей силой, а после возвращения в большой мир обо всём позабыл. Или даже если он на самом деле к тебе хоть чуть-чуть привязался… всё-таки ты жена его брата, а он, между прочим, однажды уступил брату трон, чего уж говорить о женщине!

Горечь потекла по пищеводу, ядовитая и жжёная. Но нет!

Я увижу его. Сегодня. И никто меня не остановит!

Кто это ходит, там, по коридору? Никак не слуги… не охрана, в общем, не люди. Судя по звукам… так может передвигаться только что-то неуклюжее и массивное, вроде… голема.

Ас-асс?!

Меня как ветром сдуло с кровати, словно ураганом снесло и прибило к двери. Я приложила многострадальное ухо к замочной скважине и прислушалась. Кажется, шаги удаляются.

– Ас-асс!!

Звучит так придавлено, что даже грустно. А как ещё должно звучать, учитывая, что нужно одновременно привлечь внимание голема и не вспугнуть служанок. Надеюсь, они уже спят, хотя вероятней, что присмотр за мною установлен круглосуточный, такой вывод в данной ситуации самый логичный. Сил моих больше нет! Да должна же быть в мире хоть какая-то справедливость! Я не хочу... ритуала, страха этого, всеобщего отвращения. Некрогеров этих, всех вместе взятых!

Я хочу выбраться на волю.

Скрип затих. Неужели я ошиблась? Или опоздала? В коридоре неяркий свет, но замочная скважина слишком маленькая, чтобы сквозь неё что-нибудь рассмотреть.

Нет… вот оно. Снова скрип, такой, как будто голем разворачивается. Помогите мне, небеса!

– Ас-асс?

Тишина. Хотя, конечно же, не мог он взять да научиться разговаривать! Голем не может ответить тебе, Лили, не может никак. Но он бредёт сюда, к двери. Вот… свет загородился так быстро, что не видно цвета – просто серость. Но он послушал меня, пришёл на зов, следовательно, это мой голем. Значит, он остался цел! И снова – чего это я, это же просто куча песка, даже если его завалило, потом можно откопать – и всё по прежнему, отряхнулся себе и дальше пошёл.

– Ас-асс, если это ты, стукни.

Секунда, две…

Бумс!

О, небо! Грохот слишком громкий, в ночной тишине он прозвучал ударом грома, огромной хлопушкой, взорванной под ногами.

А я даже простыню на себя не намотала, халат нараспашку – пояс потерян где-то в комнате, но думаю, нужно спешить.

– Выломай дверь. Быстро!

Я отскочила в сторону одновременно с тем, как голем шарахнул по двери второй раз. Верхняя её часть сочно крякнула и извилисто треснула до верхней петли. Замок выдержал.