Шрифт:
Я выждала две секунды.
— Да.
— Спасибо. Это очень мило с твоей стороны. Я, в самом деле, не собирался заставлять тебя нервничать в твоем-то деликатном положении.
Я зарычала.
Он засмеялся.
— Идете? — спросил Дэвид, оглядываясь на нас из-за плеча.
— Я просто подожду здесь, — сказала я, отступая от Мала, пока была такая возможность. Сразу же налетел холодный вечерний воздух, остужая меня.
Дэвид покачал головой.
— Нет, Энн. Ты тоже идешь. Если ты с ним, значит ты часть семьи. Давайте с этим покончим, чтобы мы смогли закончить и отдохнуть.
— Ты слышала жениха, — Мал схватил мою руку, снова потянув меня. — Только сперва одна вещь.
— Какая?
Мне стоило догадаться по блеску в его глазах. Он нагнулся, и его губы прижались к моим. Его руки обхватили меня, придвинув ближе. Мой удивленный вздох был как раз тем, чего он добивался. Как оказалось, он знал, как злобно смеяться и безумно целовать меня в одно и то же время. Хотя мне не стоило этому удивляться. Несмотря на это, поцелуй выдался душераздирающе нежным. Он целовал меня сладко и приятно, пока не закружилась голова, и не затрепетало сердце. У меня подогнулись коленки, а женские прелести молили о пощаде.
И все же он целовал меня.
— Как тебе этот? — в конце концов, спросил он, уставившись в мои, вне сомнений, изумленные глаза. — Лучше?
— Эм, конечно?
Он выдохнул через нос, а брови нахмурились.
— Вот дерьмо, я до сих пор не сделал это, как надо. Я разберусь в этой штуке с поцелуями. Разберусь. Мы просто будем продолжать делать это вновь и вновь. Никогда не отчаивайся!
Отчаяние уже взяло надо мною верх.
Глава 10
Я рассматривала свое отражение в зеркале, висевшем в прихожей, пока в гостиной продолжалась вечеринка. Одна сторона моей нижней губы выглядела немного больше, чем вторая. Если честно, то так оно и было. Я выглядела нелепо. Барабанщик свихнулся. Он постоянно скатывался к неизбежности в виде получения безотлагательного допуска к приятной, мягко обитой белой комнате. И на какое-то время, с точки зрения непривычной моды, это показалось даже вроде как очаровательным. Но сейчас он официально потерял всякое подобие контроля.
Нравилось ли мне покусывание? Нет. Нет, не нравилось. То же самое касалось щипания и особенно засосов. След на моей шее совершенно не впечатлял, и я почти уверена, что чуть выше моей задницы красовался синяк от того, как он припер меня к кухонному столу.
Разумеется, его любовный эксперимент не увенчался успехом.
— Чертов маньяк.
— Прости? — спросила девушка, стоящая рядом со мной в очереди в главную ванную комнату.
— Ничего. Просто проклинаю вслух, — я улыбнулась ей вежливой, социально приемлемой улыбкой. — Не обращай на меня внимания.
Она кивнула и с точностью художника провела по губам блеском, перед тем как поправить грудь. Каковы были у меня шансы на внезапный скачок роста в свои-то молодые двадцать с хвостиком лет, чтобы грудь увеличилась до такого размера? Мечтать не вредно.
— Ты же с Малкольмом Эриксоном? — спросила она.
— Да.
Я не была уверена, что мне нужно было прихорашиваться, но все равно пробежалась пальцами по волосам.
Улыбка, которой она меня одарила, казалась далеко не искренней, несмотря на яркое освещение.
— Думаю, что с твоей стороны это очень храбро.
— Да неужели?
— Да, встречаться с кем-то не твоего ранга... — ее глаза встретились с моими в зеркале. Они были темными, злыми, по цвету похожими на карий. — Я имею в виду, он же совершенно не твоего уровня. Но почему бы не насладиться им, пока есть такая возможность, да?
Я уставилась в зеркало. Но что удивительно, пар из ушей у меня не шел. Мой рот был открыт, но прошло некоторое время, прежде чем я смогла подобрать слова.
— Ты действительно только что это сказала?
— Что? — она выдавила нервный смешок, тряхнула волосами.
— Ты меня совершенно не знаешь.
— Эй, я думаю, это здорово. Давай, сестренка, и все такое.
Какое жалкое, вызванное ревностью, собачье дерьмо. Ни за что не позволю этой суке заставить меня чувствовать себя мелкой.
— Я не твоя сестра. У меня есть сестра, и она бы никогда не сказала мне ничего подобного.
Идеально накрашенные губы девушки распахнулись.