– О! Наконец-то! Наконец-то! Наконец-то!
– человек, появившийся на площади из дверей магазина, из которых вслед за ним снова показался Амвор, радостно всплеснул руками при виде множества корзин за плечами у носильщиков.
– Я уже и не надеялся, что все прибудет в срок! Какая удача!

Лаистэль с немалым интересом воззрилась на говорившего, понимая, что, вероятно, видит сейчас перед собой самую невероятную и загадочную фигуру, когда-либо служившую Подлунному Лесу. Стольких нелепых слухов и невероятных легенд, которые ходили среди разведчиков и егерей об этом "полоумном парне", не удостоился, пожалуй, ни один из легендарных героев древности.

Надо признать, что уже своим внешним видом Батуяр впечатлял немало. Среднего роста и довольно широкий в плечах, он по виду ничем не отличался от обычного человека. Темно-русые короткие волосы, пышные щегольские усы и бородка, серые глаза, будто бы все время слегка прищуренные, открытое располагающее лицо с мужественным подбородком и тонким скругленным носом. Но отнюдь не собственные черты делали внешний облик Батуяра таким выразительным. Куда лучше справлялся с этой задачей наряд лавочника, имевший нечто схожее с тем домом, в котором он обитал. Из-за множества навесных карманов, кожаных сумок и деревянных тубусов, гроздьями покрывавших пояс и многочисленные косые перевязи Батуяра, различить, во что он сам был одет, было задачей практически невозможной. Нашитые сверху карманы покрывали сплошным слоем даже брючины свободных черных штанов торговца-жреца, а на плечи была наброшена плотная накидка из непонятного материала, но точно не из шерсти или растительного полотна. Для полной картины стоило добавить к этому еще слабосветящиеся руны и совсем уже непонятные знаки, нанесенные на одежду, ремни и подсумки в самых разных местах. И, конечно, особого внимания заслуживала шляпа хозяина лавки - потрепанная, старая, украшенная десятком перьев, совершенно никак не сочетающихся между собой, и с огромными широкими полями. К ним, кстати, по кругу еще и были подвешены на толстых нитях и цепочках всякие медальончики, резные фигурки и прочие амулетики.

– Заносите в дом! Заносите скорее!
– продолжая проявлять живой энтузиазм, воскликнул торговец и сам первым бросился к лавке, чтобы открыть какой-то хитрый замок и начать сдвигать в сторону целый кусок деревянной стены, тоже оказавшейся своеобразными воротами.
– Прямо на склад! Заносите!

Только когда Амвор рассчитался с носильщиками, пакеты из корзин были выгружены и аккуратно сложены у боковой стены большой комнаты, буквально заваленной самыми различными вещами, правда, преимущественно хламом, Батуяр задвинул обратно стену-дверь и, набросив засов с "рыболовным" крюком, обернулся с улыбкой к гостям.

– Леди Элиан, - искренняя радость в голосе торговца буквально лучилась счастьем, - как же я скучал без вашего прекрасного общества!

Хозяйка Лунных Лисиц, отбросив с головы капюшон, шагнула навстречу жрецу и, против своего обыкновения, протянула ему сразу обе руки. Подхватив тонкие пальцы эльфийки своими ладонями, Батуяр по очереди поцеловал каждое запястье.

– О, ты как всегда, сама галантность, мой милый Ярэ-нэ, - смех леди Элиан разбежался по комнате серебряными колокольчиками, а Лаистэль от услышанного снова вздрогнула и невольно покосилась на Амвора, чтобы увидеть вроде бы такой же удивленный, хотя и содержавший в себе некую хитринку, взгляд.

Подобного "теплого" обращения от своей начальницы на памяти молодых разведчиков не удостаивался никто и никогда. Конечно, леди Элиан любила сокращать чужие имена, придавая своим словам немного игривый и ласковый оттенок, и особенно эпатировать этой своей манерой высшую аристократию королевства. Но открыто использовать при посторонних окончание "-нэ", что позволяли себе лишь самые близкие друзья и, как правило, "не-только-просто-друзья"...

– Дни без вас были для меня настоящей пыткой и, казалось, тянулись вечность, - ничуть не удивляясь, все в той же подчеркнуто галантной манере откликнулся Батуяр.
– Лишь мой разум, пребывающий в изысканиях и сотворении нового, был для меня спасением.

– В этом я ни секунды не сомневаюсь, - продолжила улыбаться леди Элиан.

Торговец еще мгновение любовался яркими искрами в глубине темных глаз, а затем, внезапно облизнув языком нижнюю губу, сменил свою радостную улыбку на невероятно самодовольное выражение.

– Вижу, вы использовали в этот раз мой водостойкий грим? Я же говорил, что он будет просто великолепен в своем деле!

– Не слишком зазнавайся, Ярэ, - снова рассмеялась эльфийка и, покосившись на зрителей всей этой встречи, лукаво прищурилась.
– И, пожалуй, хватит уже смущать моих глупых лисят сверх меры.

– Если бы на то была милость Гонда, то я был бы рад целую вечность держать ваши руки в своих ладонях, - голова Батуяра прискорбно склонилась, отчего фигурки на шляпе издали немелодичный звон, и с явным сожалением отпустил пальцы своей собеседницы.

– Дила ты уже знаешь, - леди Элиан обернулась к своим бойцам, перейдя к официальному представлению. Иридил вежливо кивнул Батуяру, и жрец ответил телохранителю таким же жестом, исполненным не наигранного почтения.
– А эти малыши - мое свежее полевое мясо. Они еще не до конца обтесались, но именно их шлифовкой я и собираюсь заняться в ближайшее время. Амвор и Лаистэль. Кто из них кто, думаю, ты, Ярэ, сам догадаешься.

– Постараюсь оправдать ваши высокие ожидания, моя леди, - шутливо отозвался Батуяр и, посмотрев уже прямо на молодых разведчиков, тоже слегка поклонился.
– Позвольте сказать вам: добро пожаловать в Тайволин! И чувствуйте себя в этом месте, как дома...

– Потому, что более безопасного места для нас всех, не сыскать отсюда до самого Леса, - перехватила фразу торговца первая из Лунных Лис.
– Даже, несмотря на периодические пожары и прочие досадные неразумения. Батуяр в своем и в нашем деле остается одним из лучших уже не первое десятилетие.