Мы с Ником посмотрели друг на друга. Что-то негласное повисло в воздухе между нами. Возможно, понимание. Понимание того, что если бы мы перестали так часто сталкиваться лбами и начали работать вместе, нас бы невозможно было остановить.

— Пошли, — сказал Ник. Теперь никто не стоял у нас на пути, но кто знает, сколько у нас еще времени, прежде чем сюда доберутся агенты.

Ручаюсь, что не так уж и много.

Мы пробежали пять миль. Сказать, что я чувствовала себя так, словно умираю, было бы преуменьшением. А Ник, казалось, даже не выдохся. Поскольку наша машина осталась в другой стороне, а кража новой отняла бы время, которого у нас не было, мы спрятались в неприметной закусочной, ожидая, когда все успокоится.

С опаской наблюдая за дверью и передним окном, Ник обеими руками держал кофе.

Во время нашей пятимильной пробежки Ник надел гарнитуру агента, поэтому мог отследить передвижения Подразделения. Обнаружив своего агента, брошенного на улице Вест Фифти-Фифс, они прошли по нашим следам на снегу к Люкгроув-Авеню, где мы фактически исчезли в кирпичной стене.

За это отдельное спасибо Нику, придумавшему использовать пустые ящики из-под молока, чтобы забраться на крышу закусочной. Потом, свесившись с выступа крыши, он столкнул ящики вниз. Вероятно, Подразделение достаточно сообразительно, чтобы это понять, но мы все равно постарались не оставлять никаких следов.

Оттуда мы пробежали весь квартал по крышам. Вокруг нас простирался Гастингс. Он не был крупным мегаполисом, но в отдалении я различила несколько небоскребов, и, несмотря на январскую погоду, улицы были заполнены людьми. Когда мы с Ником, наконец, спустились по пожарной лестнице, наши следы с легкостью затерялись в сотне других, уже имевшихся на снегу.

Это было сорок пять минут назад. Ник молчал с тех пор, как мы заказали кофе. От раздавшегося внезапно звонка мобильного он чуть не сорвался со стула.

— Ты в порядке? — спросила я.

Проигнорировав вопрос, он глянул на экран телефона.

— Это тебя.

На экране высветился номер Сэма.

— Привет, — ответила я на звонок, стараясь вести себя непринужденно, хотя чувствовала что угодно, только не непринужденность.

— Где вы? — сразу перешел к делу Сэм. Очень подозрительно.

Я посмотрела на Ника. Он поднял бровь.

— В закусочной.

— В Мичигане?

Я поморщилась. Как он так быстро узнал об этом?

— Я проследил телефон, — ответил он, поняв мой невысказанный вопрос. — Вы в двухстах милях от места, где вам полагается быть. Ник подбил тебя на что-то?

— Нет.

Если уж на то пошло, то это я его подбила.

— Почему вы в Мичигане?

— Я хочу покопаться в прошлом моей семьи. Хочу узнать больше.

Достаточно близко к правде.

— Не говори, что вы едите в Порт Кадиа.

— Хорошо. Не буду.

— Анна.

— Что еще мне сейчас делать, Сэм?

Он вздохнул.

— Пожалуйста, не езжай в Порт Кадиа без меня.

Я закрыла глаза. Я так устала. Устала спорить. Устала оттого, что со мной обращаются так, словно я более хрупкая, чем парни.

Да, я девушка, но это не значит, что меня нужно баловать. Я подумывала о том, чтобы признаться, что мы столкнулись с агентами и видели Райли, что нам пришлось бороться за свою жизнь и мы победили. Но Сэм и так уже сердился, и если сказать ему все это, то это усугубит ситуацию.

— Мы уже на полпути туда, — ответила я. — Я не поверну назад.

Если дядя Уилл мог дать нам что-нибудь — хоть что-нибудь, — то нужно обязательно встретиться с ним. К тому же, я хотела увидеть его лично. Увидеть еще одного члена моей позабытой семьи.

Последовала долгая пауза, прежде чем Сэм снова заговорил.

— Тогда будь осторожна. Будь бдительна, как я тебя учил.

— Буду.

Ник протянул руку через стол и оторвал телефон от моего уха. Он сказал Сэму:

— У тебя есть какие-нибудь воспоминания о той ночи пять лет назад?

Думаю, стоило уточнить, о чем именно он спрашивает — о ночи, когда умерли мои родители, или о ночи, когда Подразделение якобы схватило Сэма и остальных.

Ник оглядел закусочную, слушая ответ Сэма.

— Если ты что-нибудь вспомнишь, позвони мне. — Пауза. — Потому что что-то в этом не так, но пока я не пойму что. — Еще одна пауза. Ворчливое: — Буду.

Он выключил телефон и вернулся к исследованию каждого, кто входил в закусочную.

— Что заставило тебя спросить Сэма о той ночи? — осторожно спросила я.