В Египте хлеб! Известие об этом

дошло и в Ханаан.

И сыновей послал Иаков следом.

И вот идёт в Египет караван.

Пошло их десять, без Вениамина.

Его не отпустил туда отец:

"Вениамин совсем ещё юнец".

Берёг старик жены любимой сына –

последний он птенец.

В те времена в Египет приходили

из самых дальних стран:

об урожаях всюду позабыли,

и голодал не только Ханаан.

Вот братья у Иосифа за хлебом

и перед ним склонившись до земли,

узнать его в вельможе не смогли –

ведь до него им, как земле до неба.

И вот они в пыли.

Иосиф же узнал их всех и сразу

и вспомнил сны о них.

Но им себя не выдал он ни разу

и принял братьев строго, как чужих.

Они сказали: "Мы из Ханаана.

Здесь только пищи мы хотим купить:

у нас там голод. Стало нечем жить.

И хлеба нет во всех окрестных странах,

и стала смерть косить".

Иосиф - наместник фараона

"О, нет! – Иосиф им сказал сурово, –

Вы не за тем пришли!

Явились вы, чтоб высмотреть толково

Всю наготу1 Египетской земли"!

Они сказали: "Нет, о, господин наш!

Твои рабы за пищею пришли.

В Египет нас невзгоды привели.

И нас сюда позвал один лишь хлеб ваш

от дома и земли.

Почтенного мы дети человека.

Рабы твои честны.

И мира, процветанья и успеха

они желают для твоей страны".

Они сказали: "Нас двенадцать братьев.

Меньшой с отцом, а одного уж нет.

Давным-давно его утерян след

и никогда нам вместе не собраться –

вот честный наш ответ".

Иосиф сделал вид, что не поверил,

и так он им сказал:

"Уверен только тот, кто сам проверил".

И страже задержать их приказал.

"Пускай один из вас пойдёт за братом.

И пусть он приведёт его сюда.

И правда вся откроется тогда,

когда все вместе встанете вы рядом

для моего суда.

Три полных дня он их держал в темнице.

На третий к ним пришёл.

И глядя братьям, в их родные лица,

такую речь пред ними он повёл:

"Не стану вас держать. Боюсь я Бога.

В дому сем я оставлю одного.

Вы ж приведёте брата своего

и нынче же отправитесь в дорогу.

Я буду ждать его.

Сейчас возьмите хлеб семействам вашим.

Грузите и – домой.

И если вы честны, об этом скажет,

придя в Египет, брат ваш молодой.

И снова путь. Пустынная равнина.

Трясутся братья на ослах своих.

Мешки с зерном навьючены при них.

И пройдена пустыни половина.

Тревога в душах их.

Перед дорогой братья говорили:

"Наказаны мы все.

Ведь брата своего мы погубили,

завидуя уму и красоте.

Мы видели, как он страдал, несчастный,

как умолял он из последних сил,

пощады он и милости просил,