– Скоро шалфей пойдет, - сказал я, начиная кромсать ножом щавель в котелок.
– Дальше на юг. Кориандр я, опять же, там дикий видел, когда в Зеленом княжестве бывал. Интересно, орехи уже созрели?.. Лето было жаркое...

– Зачем ты был в Зеленом княжестве, если не секрет?
– спросил Ди Арси, проигнорировав мое вмешательство в его кулинарные изыски.
– Тогда, когда разговаривал с Симоном?

– У меня там сестра живет, - сказал я.
– Кстати, с твоим братом я у нее же и познакомился. Считай, нос к носу столкнулись.

– Разнесло же вас, - хмыкнул Ди Арси.
– По всему Быку.

– Да не говори, - поддержал я его.
– Прямо как моровое поветрие.

Он искоса взглянул на меня, а потом еще раз продемонстрировал блеск дедуктивной мысли:

– Слушай, почему ты всегда на мои вопросы прямо отвечаешь?

– А что, нельзя?
– немного наиграно удивился я.

– Нет, серьезно! Ты мне говоришь всегда больше, чем выгодно. В проигрышную позицию себя ставишь. Ты действительно так веришь в то, что ты неуязвим, непобедим и все такое прочее?

– Вот не знал, что мы играем, - ответил я, поканчивая с последней ромашкой.
– По-моему, уже готово. Тьфу, черт, пошел я отсюда - весь дым на меня.

Я отошел от огня, а Стар, действительно, начал снимать котелок, поддев его длинной палкой. Снял, поставил на землю. Обернулся ко мне и спросил:

– Слушай, кто такой черт?

– Старинное шляхетское проклятие для превращения в козла, - ответил я.
– Теперь утратило силу. Не бойся, рога не вырастут.

Стар на уловку не поддался - фыркнул что-то неразборчиво, а бурно отрицать наличие у себя какого бы то ни было страха не стал.

Напротив, выпрямившись во весь рост, сказал:

– Кстати... помнишь, мы тогда еще вместе решетку пилили... Ты какими-то грозными словами по-своему ругался. Может, научишь? Чтоб от тебя хоть какая-то польза была.

– Окстись, - ответил я, вытаскивая из своего мешка ложку - деревянную, с щербатым краем.
– Какие ругательства?.. Я почти и ругаться-то не умею. По-моему, я тогда чушь какую-то бормотал... "решетка, вот хренова решетка, ну давай открывайся, решеточка" или что-то в этом роде.

– Ага, оно самое, - обрадовался Ди Арси.
– Ну-ка, что это значит?

Я сказал. А потом добавил, чтобы мало не показалось:

– А хрен - это такое растение. Корнеплод. С блинами - вкуснотища.

Ночью я никак не мог заснуть. Мы улеглись бок о бок, чтобы было теплее, Вию пристроили в середину. Кажется, оба моих невольных попутчика уже заснули, я же все таращился в переплетение веток, из которых мне влажно подмигивала зеленоватая звезда. Альтаир, если я ничего не путаю.

Никакого сна. Ну хоть плачь. Может, это тоже симптом?..

Да нет, чепуха, какие к черту симптомы... Голова гудела совсем по-человечески, глаза зудели. Тело просто отказывалась спать, подстегнутое давешними волнениями. Так отчаянно, по-черному блефовать и не попасться - вот это, я понимаю, везение. Мне еще повезло, что моим оппонентом оказался Стар Ди Арси, и повезло, что он меня начал уважать. Другой бы полез проверять мою неуязвимость - а вот что будет, если я тебя сейчас мечом тыкну? Ты меня сразу испепелишь, или сначала кровью истечешь?..

Я бы истек, никуда бы не делся.

Я сел, скрестив ноги. Какое-то время глядел на угли костра - алые искры в золе еле тлели, вспыхивая. Когда с легким треском обломился и упал в золу торчащий вверх сучок, я понял, что так тоже ничего доброго не высижу. Встал и пошел прочь от нашего ночлега. На берегу озера луна, все еще казавшаяся полной, ярко светила над водой. Квакали лягушки - не так сильно, как в конце весны, но все-таки квакали.

Разыскать сухую кочку оказалось легко. Роса на траву еще не выпала, и я уселся прямо на землю. Тишина...

Шаги было слышно издалека - это Вия не спеша спускалась к берегу пруда, земля осыпалась из-под коротких сапожек. Я обернулся и молча наблюдал за ней. Девушка подошла ко мне, остановилась в нескольких шагах. Луна светила прямо на нее, и кожа казалась не красной, а просто темной. Глаз не видно.

– Господин Гаев, - начала она.

– Прекрати уже, - я улыбнулся, кажется, печально.
– Давай просто "Райн". И на ты. Идет?..

– Райн...
– послушно поправилась она, не стала спорить - мол, "женщине неприлично".
– Ты и в самом деле собираешься убить Стара?