— Это не моё, — сказал оборотень.

— И не моё, — отозвалась Эйта. — Сдаётся мне, это тот самый колдун весточку нам оставил. Ты читать умеешь?

— Немного, — ответил Улеб. — А может не надо открывать?

— В такой маленькой шкатулке большой беды не спрячешь. Проклятия я на ней не чувствую, да и не заговорена она вовсе.

— Ой, Эйта, — покачал головой мужчина. — Просто так такие вещи в лесу не бросают.

— А может он её не бросил, а потерял? — предположила колдунья и опустилась на колени. — Отойди в сторонку, коли боишься, — она взялась двумя руками за крышку и медленно открыла её. Шкатулка была пуста. Не было и внутри ни заговора, ни проклятия какого. Эйта дёрнула плечом, ей показалось что по руке скользнуло насекомое какое-то, она скосила глаза и поняла, что показалось.

— Пусто, — сказала она удивлённо.

— А колдовство? — Улеб вытянул шею чтобы получше рассмотреть

— Да нет ничего, я же сказала, — Эйта нахмурила брови. — Если он её потерял, то пустой шкатулка быть не должна.

— И если специально подбросил, то тоже странно что нет ничего, — поддакнул Улеб.

— Надо ещё как следует всё осмотреть, — решила Эйта. — Вдруг ещё что найдём.

— Да не раз я уже всё тут обходил, — вздохнул Улеб. — Правда, шкатулки этой не видел, — тут же честно признался он.

— Давай ещё раз вместе посмотрим, — предложила Эйта и они стали внимательно осматривать пепелище, заглядывая под каждый кустик и лист лопуха.

— Что-то устала я, — Эйта тяжело вздохнула и потрясла головой, будто пытаясь стряхнуть усталость. — Ничего мы больше тут не найдём. Надо ехать.

— Ты езжай, а я впереди побегу, — сказал Улеб. — Только осторожнее будь, лошади меня боятся, кабы не скинула.

— Уж не хотелось бы, — девушка потёрла больное плечо. Улеб отошёл подальше и перекинулся в волка. Эйта успокоила лошадь и направила её в лес, в сторону родного села. Она проехала совсем немного, а чувствовала себя так, будто три дня в седле провела без продыху.

— Что с тобой? — спросил внезапно появившийся Улеб. — Ты здорова?

— Ты как…? — Эйта не заметила ни как он в человека оборотился, ни как подошёл. Голова закружилась и девушка медленно сползла с седла.

— Да что с тобой? — Улеб едва успел подхватить Эйту.

— Плохо мне, — девушка встала, но ноги не держали.

— Я говорил, не открывай, — простонал Улеб. — Заколдованная была шкатулка.

— Не было там магии, — возразила Эйта. — Мне поспать немного, и я буду в порядке.

— Эйта, не спи, — Улеб затряс девушку за плечи. — Нельзя тебе спать. Нечисто что-то в недомогании твоём.

— Хочется очень, — колдунья обхватила себя за шею сзади руками, чтобы немного разогнать сон и вдруг замерла. Под правой рукой у самого основания шеи что-то было. Она передвинула ладонь.

— Улеб, что у меня тут? — спросила она, пытаясь скосить глаза. — Вот тут под ладонью.

— Где? Нет ничего.

— Нет есть, — Эйта попыталась ухватить невидимое нечто и потянула его. Нечто сопротивлялось, ещё сильнее впиваясь в шею. Девушка покачнулось. — Оно силы мои вытягивает, — догадалась она.

— Да что оно? — не понял Улеб.

— Сейчас, — Эйта собрала остатки сил.

— Матушка Земля, — ахнул оборотень, потому что шея Эйты засветилась, и он отчётливо рассмотрел на ней непонятное существо.

Девушка упала на колени.

— Погоди, я сниму, — Улеб попытался ухватить это теперь уже снова невидимое нечто, но у него не получилось. — Эйта, милая, — причитал он. — Ты только держись, я что-нибудь придумаю. А если я его волком попробую снять?

— Попробуй, — Эйта едва могла держать глаза открытыми.

Но и у волка отцепить существо не получилось. Вернее, почти получилось, но девушке вдруг стало ужасно больно и, едва она закричала, Улеб тут же отпустил.

— Отойди, — приказала Эйта и резко дёрнула непонятную тварь сама. Было очень больно, и у основания шею тут же образовалась огромная рана, из которой очень живенько потекла кровь.

— Эйта, — Улеб снова стал человеком. — Кровь.

— Погоди, — Девушка держала существо в вытянутой руке, потом в той же руке вспыхнул огненный шар, существо задёргалось, но вырваться не смогло и сгорело, осыпав ладонь колдуньи серым пеплом. — Вот и всё, — тихо прошептала Эйта и упала наземь.

— Нет, нет, держись, — Улеб сорвал с себя рубаху и зажал ею кровоточащую рану. — Борись. Не дай ему тебя победить. Надо кровь остановить, заговори её.

— Стой кровушка, стой родимая, — начала шептать Эйта, но губы не слушались.

— Не останавливайся, — умолял Улеб. — Дальше говори.

— Прости, — девушка мысленно закончила заговор, но произнести его вслух сил не осталось.

— Эйта, не умирай, — рубаха оборотня быстро намокала от крови. — Прошу тебя. У меня силы возьми. Эйта…