– Ну что ты стоишь? Сам ведь говорил, что мы спешим!

– Спешим. И именно поэтому не станем делать такой крюк – нам в противоположную сторону.

Крылатый небрежно ткнул пальцем себе за спину, усмехнулся, развернулся – и пошел прочь. Как же он бесит ее! Ну неужели нельзя не издеваться!?

Вот он постоянно так… Просто невыносимо…

Ангел обхватила рюкзак руками, подтянула его повыше, тем снизив давление на плечи – и побрела следом. Специально пойдет медленно. Вот она отстанет, заблудится в джунглях – сам будет виноват. Однако же перспектива остаться совершенно одной в этом диком лесу, населенном неведомыми тварями, ее совсем не обрадовала… И Ангел ускорила шаг.

Проходя через деревню, Ангел чувствовала на себе десятки глаз – но, когда оборачивалась, никто не смотрел на нее. Немногие проснувшиеся были заняты своими делами – латанием крыш, плетением корзин, готовкой ароматных лепешек… И ни один не повернул головы в ее сторону. Однако оставалось ощущение, словно из всех многочисленных щелей в стенах хижин и неплотно завешенных окон на нее смотрел мрак. Может, просто темнота внутри домиков, может, просто глубоко-карие глаза их обитателей. Ангел в который уже раз почувствовала, как мурашки бегут вверх по позвоночнику, и догнала Крылатого.

Очень скоро деревня осталась позади – как и день назад, она просто утонула в зелени, волны листвы сомкнулись над проходом – и Ангел с Крылатым медленно поплыли прочь в этом мерцающем море. Но Крылатый все ускорял и ускорял ритм своих шагов – и вскоре Ангел уже запыхалась от такого темпа. Она совсем отвыкла активно двигаться. Особенно, с утра. Особенно, на голодный желудок. Особенно, когда огромный рюкзак давит спереди на живот и не дает дышать.

– Так что, мы будем делать привал? – наконец рискнула поинтересоваться она.

– Будем, будем, - вот только тон Крылатого вовсе не прибавил сил ее робкой надежде. – Только дойдем до одного местечка – и сразу…

– А долго еще до того местечка? Я, знаешь ли, есть хочу, и еще, кажется, мне в кроссовок камешек попал…

– Ой, вот только не ной. Терпеть не могу. Как дойдем – так и дойдем. Тебе же лишний стимул идти побыстрей.

– Ну спасибо, утешил…

Крылатый определенно зарывался все сильнее. Где былая обходительность? Где царственная осанка? Сейчас, таща на плече свой рюкзак, он вовсе уже не казался тем утонченным юношей, который однажды появился у нее на пороге. Вот только его самоуверенность никуда не делась. Напротив, она, казалось, усугубилась. Уж не воздействует ли на него таким образом Пещера? А если так, то что она сделает с ней?

Глупости. Ничего она с ней не сделает. Это просто нора в скале с рисунками на стенах. Только и всего. Ангел отмахнулась от этой мысли, как от назойливого насекомого – и решила все-таки сосредоточиться на том, чтобы не отставать от Крылатого. В чем-то он и прав, наверное – быстрее будут идти, быстрее все закончится. И пусть тяжело. Когда ей вообще в последний раз было легко?

Примерно через час Ангел решила, что ее голод стал просто невыносим. Организм, напуганный внезапным пробуждением и необъяснимым марш-броском по лесу с утяжелителями, как-то нерадостно отреагировал на ее решение шагать быстрее. С каждым преодоленным метром ей становилось все тяжелее идти и все труднее дышать. Вот уже и в боку отчаянно закололо… А вот и перед глазами темнеть начало… Да, уж что-что, а жалеть себя Ангел умела хорошо. Но сейчас она больше всего жалела, что раньше так мало занималась физическими упражнениями. Нужно было хотя бы зарядку делать, что ли…

И как раз в тот момент, когда Ангел решила, что смерть ее близка, как никогда – они вынырнули из леса на открытую поляну.

Большой камень у кромки леса выглядел так маняще, что Ангел сама не заметила, как села на него. Резкая остановка как-то совсем сбила ее с толку,

– Ну что ж – привал!

– Как привал?

– Ну так, привал. Ты же сама жаловалась на его отсутствие. А теперь молодец – пришли даже раньше запланированного, в хорошем темпе движемся!

– Да, вот только не долго я еще в таком темпе смогу идти, - пробурчала Ангел, скидывая тяжеленный рюкзак на землю, и плюхаясь на валун рядом. Она потирала бок – колоть не переставало. Да и есть хотелось ужасно… Благо, теперь хоть голова кружилась меньше. Чтобы ушло это неприятное ощущение понадобилось всего лишь остановить этот глупый забег. И все стало хорошо. Почти. Но, во всяком случае, она больше не умирала.

– Ну так что, завтрак?

– ДА! – на минуту Ангел снова почувствовала себя маленькой девочкой, которая ждет, пока мама накормит ее утром – ведь она не знала, где взять еду самой. А Крылатый тем временем у нее на глазах медленными, четкими движениями, раскрыл свой рюкзак и вынул из него поочередно бутылку с водой, полупрозрачную пластиковую коробку с какими-то свертками внутри, и даже небольшую шоколадку.

– Ну и что ты сидишь? Твой рюкзак собран аналогично – открывай и ищи завтрак.

Снова этот покровительственно-издевательский тон… Он словно постоянно унижает ее!

Ангел стиснула зубы и принялась развязывать рюкзак… Она опустила голову, притворяясь, что полностью поглощена причудливыми застежками и шнуровкой – ведь ей вовсе не нужно было, чтобы Крылатый увидел в ее глазах гнев. А хотя какая разница? Пусть даже он бросит ее в этом лесу. Теперь у нее хотя бы есть рюкзак с едой и водой. Все уже не так печально.

Вот, наконец, сумка оказалась открыта, спальный мешок вынут – и прямо перед Ангелом оказался такой же пластиковый контейнер, что был в руках Крылатого. Желудок радостно подпрыгнул. Но Ангел отложила коробку, чтобы выудить воду и шоколадку. Надо же… Как все равномерно разложено. Так четко и продуманно…