А потом поворачивается к нему и спрашивает серьезно:

– Что будет дальше? Если сейчас мне с тобой так хорошо, что может быть потом?

– А ты оптимистка! – он поднимается и начинает собираться.

И она любуется его движениями.

– Потом у тебя будет рабочий день и другие больные.

– Как, кстати, твой зуб?

– Пломба выпала.

– Что?!

– Шутка! Хотел проверить, что для тебя ценно. Значит, результат своей работы ты ценишь. А наши отношения?

– А ты?

– Мне ехать нужно. У меня через пятнадцать минут – начало трудового дня.

И он исчезает. Похоже, просто делает то, что нужно ему. Только и всего. Даже если он рядом – то его существование параллельно. Она не может проникнуть в него, как не могла бы проникнуть в компьютерную игру, к примеру, как бы ей ни нравился ее сюжет.

Аня, озадаченная неожиданными мыслями, застывает. Что-то не так. Что-то по-прежнему пусто. Она вдруг набирает его номер.

– Влад, а как называется твоя фирма?

– «Интерстар».

– Я проверю.

– Зачем?

– Мне кажется, что ты врешь.

– В чем? – спрашивает он спокойно.

– Не знаю.

– Проверь, пожалуйста. Фирма есть в телефонном справочнике. Но обычно во лжи подозревает тот, кто врет сам.

А разве она сама врет? Нет, совсем нет. Разве что – о своем прошлом. Но какое это может иметь значение? Она находит по справочнику «Интерстар», звонит туда и спрашивает Ковалева. Его зовут к телефону, и она кладет трубку.

Он есть. Работает. Живет в этом городе. Они встречаются. Проводят вместе ночи. И все-таки ощущение беспокойства не оставляет ее ни на минуту. Может, так ребенок боится, что любимая игра вот-вот закончится… ее время истечет, и ничего нельзя будет вернуть.

Осень все красит колоритной романтикой: золотые листья, сухой ветер, синие небо. Похоже, эта осень никогда не забудется…

Игра в осеннюю любовь продолжается. Город заостряет все контуры. Небо бездонно. Но теплые дни не бесконечны.

В первое же хмурое утро, выпавшее на середину октября, Аня, распрощавшись со Светой в центре города и случайно взглянув в сторону ресторана «Парис», узнает Шубина. Тот выходит из такси и направляется ко входу. И может, под пристальным взглядом Ани, тоже оборачивается в ее сторону, и их глаза встречаются. Впрочем, девушка, остановившаяся посреди тротуара, не могла не привлечь его внимание…

Она, словно качнувшись к нему, делает шаг. И Шубин подходит с улыбкой. Он красив и по-прежнему производит впечатление «интеллектуала». Его лицо бледно и утонченно…

Но зачем он в Киеве?

4. ХОЛОДНОЕ БЛЮДО

– Ты в Киеве? Или я в Москве? – усмехается Аня.

Шубин подходит и по-дружески целует ее в щеку.

– Анна? Рад тебя видеть. Притом – абсолютно случайно. Как всегда с тобой бывает…

Берет ее за руку.

– Пойдем – пообедаем вместе.

– Ты по делам?

– Какие дела в воскресенье? Отдыхаю здесь. Понравился мне Киев. Еще с тех пор…

Напряженности нет. Шубин мил, как и прежде. Мил, как и до их близости. Мил, как и до их разрыва. Мил, как и до гибели Герасимова.

– Что за фокус был с Дарко? – спрашивает все-таки Аня.

– Ничего об этом не знаю. Ты говорила тогда что-то, но я толком не понял.

Снова отбивные, картофель, салаты. У Шубина неизменно хороший аппетит и неизменно ровное настроение. Он приглаживает рукой темные волосы и вглядывается в нее.

– А ты… как?

– Все хорошо.

– Встречаешься с кем-то?

– Да.

– Все серьезно?

– Пока не знаю.

– Значит, замирили? – он белозубо улыбается.

– Есть вещи, которые нельзя прощать…

Она отворачивается от его лица.

– Например?

Шубин оставляет вино и пристально всматривается в нее.

– Что ты имеешь в виду?

– Он погиб. Там, за границей где-то. Его убили попросту, разве нет?