Шрифт:
– Все в порядке.
– Возвращаешься?
– Пока нет. Здесь нечисто что-то. Не с ним самим, а вокруг – как-то неспокойно.
– А чувствуешь себя как?
– Хреново.
– Ладно, спи давай, – Гром отключился.
И Сашка понял, отчего Грому тяжело говорить: он далеко и ничем не может помочь. Лека тоже ответила как-то обиженно:
– Где ты? Почему входящие блокированы?
– За границей. Я скоро вернусь.
– Я думала, ты вообще исчез…
– Нет, не думай так. Не надо…
Сашка не исчез. Просто ему нужно время, чтобы разобраться во всем. Чтобы разложить все по полочкам. Чтобы… выжить…
Жар упирается в самую макушку. Голова гудит, как пчелиный улей. Гудит… И она прорывается в этот гул, дозваниваясь до него:
– Я хочу быть с тобой, Гера… Я хочу сейчас быть с тобой. Мне без тебя… очень плохо. Очень. Я хочу быть тебе нужна.
– Ты нужна мне. Очень нужна.
Кому он говорит это? Кто из них бредит? Он? Или Лека, изнывающая от беспокойства в далеком Киеве?
Наконец, ночь наваливается. Ночь душит и не оставляет ни одного шанса выбраться из этого города. Сашка поднимается и включает свет… Везде. Но ночь все равно стучится снаружи. Она ломится в дверь и что-то бормочет.
– Кто это? – спрашивает Сашка в бреду.
– Свои…
Свои? В Москве? И как нашли его эти «свои»? Наконец, дверь открывается. Сама по себе, почти бесшумно. И Сашка понимает, что это было, может, его последнее дело. И более того – последнее дело Северцева, потому что на пороге стоит Шубин в компании людей воинственного вида в штатском.
Вот, что было неспокойно. Эта ночь. Это напряжение вокруг Северцева. Сашку это не могло миновать…
– Да, он, – кивает Шубин своим людям. – В машину его. Только тихо здесь!
Но Сашка успевает заглянуть в глаза «интеллектуалу»…
– Что ж ты… своему боссу сначала повестку не прислал?
– Прислал. Только он застрелился. Час назад. Так что придется тебе за него мемуары писать.
– Помечтай, Малдер!
«Интеллектуал» с размаху бьет Сашку в челюсть. И Сашка совершенно проваливается в ночь. В чернющую ночь – без единой звездочки.
19. «АРГУМЕНТЫ И ФАКТЫ»
Сашка пришел в себя в больнице. И только пришел – наткнулся взглядом на Шубина, сидящего на стуле у его постели и читающего газету. Газета называлась «Аргументы и факты».
Шубин… Шубин… Зализанный интеллигент лет сорока, невысокого роста, сухощавый, поджарый, но крепкий. Это его удар увлек тогда Сашку в пучину ночи. Конечно, и ранение сказалось, и лихорадка, и вся эта круговерть.
Шубин – агент ФБР или ФСБ? Если ФСБ – полбеды, и спасение возможно. Если же он американский агент, то это только начало сашкиных мытарств. И все предельно затянется. За десятилетия международного терроризма будет отвечать один Сашка – и все грехи Усамы Бен Ладена спишут на него одного. Сашка снова закрыл глаза.
Неизвестно, сколько дней провел он в этой лечебнице. Убить Шубина сейчас и бежать? А кто ждет его за дверью? А, может, он уже в Америке, и за дверью – вооруженные до зубов агенты ФБР?
Сашка сцепил зубы едва ли не до скрежета. Снова оглядел обстановку из-под опущенных ресниц: палата изолированная, белая, чистая, ни одной надписи – ни на одном языке. Разве что – «АиФ». Не привез же газету Шубин с собой в Штаты?
Статья на первой странице – «Самоубийство замминистра – результат политического заговора». Но Шубин читает уже разворот – может, небылицы о жизни эстрадных звезд или какие-то анекдоты.