Шрифт:
Минуты бежали одна за другой. И с каждой минутой все тревожнее становилось ожидание. Уже пять или шесть раз с Суперботом пытались связаться диспетчеры астропорта, уже взлетели с секретных аэродромов космические самолеты-перехватчики, уже и летающая космическая крепость-спутник Дон-Ди-Данг, получив данные радиоперехвата отрядила два фрегата на пленение Супербота (они были в считанных сотнях километров), а места для посадки все не находилось.
Наконец Грис не выдержал.
– Ты что же, – возмутился он, – не можешь найти на этой планете пятнадцати метров, где не было бы «рытвин, ям, канав, провалов и строений»?
– «И проч.», – вставил Супербот. – Вы забыли «и проч.» Таких площадок тут сколько угодно, но или над, или под каждой обязательно есть «и проч.»
– Что еще за «и проч.»? – удивился Грис.
– Люди. Обычные люди. Мы не сможем приземлиться так, чтобы не сжечь десяток-полтора жителей. Конечно, если пилот настаивает…
– Нет, нет, ни в коем случае. Но не может же быть так, чтобы на всей планете не нашлось места для одного единственного Супербота.
– Зачем же? Места есть и не одно. Во-первых, аэродромы и военные космодромы.
– Нет, только не это.
– Во вторых, в квадрате АД-221.
– Это где?
– На астродроме.
– Ну нет, спасибо. Там нас, наверное, уже целый полк поджидает.
– Два, – лаконично уточнил Супербот.
– И что же ты не можешь отыскать никакой полянки, садика, скверика, на худой конец?
– Это – третий вариант, объект ЦП-942.
– А рытвин там нет? А строений? А «и проч.», то есть людей?
– Нет-нет, – заверил Супербот, – только трава, цветы и деревья и то низкорослые, они не помешают.
– Тогда садимся!
И наш герой, предварительно сверившись с инструкцией, предусмотрительно доверил посадку автопилоту, а сам, откинувшись и пристегнувшись ремнями к креслу, внутренне приготовился к перегрузкам. Они не заставили себя ждать. Со всех сторон на него валилась свинцовая тяжесть, обволокла и потащила куда-то вниз. Сердце вначале екнуло, замерло, потом заколотилось яростно и бойко, будто собираясь пробить грудную клетку.
Тяжесть то набегала, то вновь спадала, мерный гул двигателей давно уже превратился в истошный вой, изображение на экранах размылось и представляло собой сплошное море огня, бушующего в непроглядной мгле. И вдруг все окончилось. Сердце, почки и желудок немедленно вернулись на свои места, тошнота медленно отступила, лишь распухший и пересохший язык с трудом помещался во рту… Грис открыл глаза.
На экране наружного обзора были видны лишь объятые пламенем деревья и кусты. Он подкрутил ручку настройки телекамеры, прибавил резкость. Невдалеке от них из темноты выступало какое-то массивное приземистое здание с колоннами. Еще одно здание виднелось подальше и, казалось, охватывало весь горизонт.
– Где это мы приземлились? – спросил Грис.
– Где и собирались, – ответил Супербот. – В объекте ЦП-942. Парк царского дворца. Центральная клумба.
Глава 25
– ПОДЛЫЕ ТЕРРОРИСТЫ, ПИРАТЫ И УГОНЩИКИ ГОСУДАРСТВЕННОГО ИМУЩЕСТВА! – загромыхал снаружи голос из мегафона. Отражаясь многочисленным эхом, он разносился далеко по окрестностям, наподобие архангельского гласа, оповещающего о начале судного дня. – НЕМЕДЛЕННО ВЫХОДИТЕ НАРУЖУ БЕЗ ОРУЖИЯ И С ПОДНЯТЫМИ РУКАМИ! В ПРОТИВНОМ СЛУЧАЕ ВАС ОЖИДАЕТ СКОРОЕ, НО СПРАВЕДЛИВОЕ ВОЗМЕЗДИЕ!
– Эх ты… – с горечью прошептал Грис, взглянув на пульт, безмятежно мигающий разноцветными лампочками. – А мы-то тебе доверяли, так доверяли, а ты… Какая же у тебя все-таки подлая и черствая душа…
На всех экранах, которые сейчас были переключены на наружный обзор, было прекрасно видно, что корабль со всех сторон окружен до зубов вооруженной охраной
С каждой минутой число солдат все возрастало, подъезжали танки и бронемашины, откидывались деревья, обнаруживая под корнями своими люки, из которых высовывались грозные дула мортир и гаубиц, огнеметов и гранатометов, минометов и базук, простых и лазерных пушек. И все это изобилие совершеннейшей боевой техники было устремлено прямо на Гриса. Вскоре на переднем плане показалось сооружение, чем-то смахивающее на большой прожектор. Его установили прямо напротив люка. Раздалась короткая команда. «Прожектор» замерцал натужно-багровым светом, и трап корабля с тяжелым скрипом отвалился. Правда, тут же и среди солдат возникло некоторое замешательство ибо, привлеченные силой притяжения гравимагнитного резонатора, большая часть карабинов и пулеметов, а также три танкетки и с десяток гаубиц сорвались со своих мест и просто облепили пресловутый «прожектор», то бишь, резонатор. Однако для наших друзей игра уже была проиграна.
– Ну все, пошли, – сказал Грис и с силой стукнул по полированной поверхности пульта. – Эх ты… А еще: я да я! «Ах, какой я Супербот смелый и отважный…»
– Я не просто Супербот, – со вздохом ответил печальный голос из динамиков, – я – полнейший идиот, потому что все на свете делаю наоборот. Если хочется мечтать – начинаю вдруг летать, жить спокойно пожелаю – заставляют воевать. Я – как рыба на крючке, будто пес на поводке! Развернуть свою натуру не дает программа мне. Мозг мой, тело и душа стиснуты и связаны бессердечными, тупыми, злобными приказами. Жизнь пропащая моя! Я сгораю от стыда. Но, увы, с собой поделать ничего не в силах я!..