Дагар взял с собой ратников и тихонько взошёл с ними по ступенькам высокого крыльца. Рюрик приказал закрыть ворота двора. По его же приказу к крыльцу подтащили какой-то тяжёлый мешок.

Простю, которого отвели к забору, удивило, что кони возле крыльца стоят беспокойно, подёргивают боками и подфыркивают. "Чтой-то кони копытами об землю бьют? Покойника, что ли, чуют?.."

Он отыскал глазами князя и наткнулся на его понимающий взгляд. Зачем-то кивнул ему и удивился на самого себя: ведал ведь, что витязь отвечать не станет, а кивнулось… Рюрик действительно отвёл взор от слуги Вадима и понял, почему тот ему по сердцу: "Ведь наверняка мой старик вёл бы себя так же. Молодец, Простя!"

Решив, что с Дагаром ушло мало людей, он послал ещё два десятка воинов в дом Вадима. Меченосец в это время шёл по длинному коридору, осторожно отворяя каждую встречающуюся на пути дверь и заглядывая в клети. Дружинники следовали за ним. Наконец Дагар достиг княжеской гридни, тихонько открыл её дверь и увидел странную картину: прямо за длинными столами, сидя и лёжа на широких беседах, спали дружинники Вадима. Стол был заставлен кубками, глиняной и деревянной посудой с остатками пищи. Стойкий запах медовухи стоял в комнате.

Видимо, новгородский князь коротал вечер с друзьями. Дагар пересчитал Вадимовых ратников: двадцать шесть.

– Не будить, пока не найдём Вадима!
– шёпотом распорядился Дагар, обрадовавшись пополнению, направленному предусмотрительным Рюриком. Он оставил возле дверей гридни десяток людей, а с остальными отправился дальше…

Вадим спал в одрине. Дагар приоткрыл дубовую дверь и смутился: новгородский князь спал в объятиях обнажённой молодой красавицы. Меченосец сразу представил себя в жарких объятиях Руцины (редки их встречи, но если уж им суждено будет быть вместе, то Дагар не отпустит от себя свою любимую ни на шаг. Ну и что же, что она теперь другому богу молится?..) Он подавил вздох и нерешительно оглянулся на своего помощника.

– Самое время!
– шепнул Ромульд меченосцу, и тот, справившись с невесть откуда взявшейся робостью, решительно направился к ложу новгородца.

– Пробудись, Вадим!
– громко крикнул он и постучал мечом о деревянный край одра. Вадим с женой не шелохнулись.

– Князь, проснись!
– повторил громко Ромульд, который уже стоял у изголовья ложа супругов с другой стороны.

Вадим медленно повёл тяжёлой головой и, чуть приподняв её, снова опустил на высокие подушки.

– Князь, да пробудись же!
– грозно потребовал Дагар и резко потянул подушку из-под головы Вадима.

Тот сразу вскочил.

– Кто посмел?!
– хрипло закричал было он и онемел на полуслове: что такое? Вся одрина заполнена синеголовыми воинами…

– Оденься, снарядись как воин и выходи без буйства во двор: там тебя ждёт Веско, - грозно потребовал Дагар и ещё раз внушительно добавил: - Без буйства!

– Нет!
– дико закричал Вадим, разбудив криком жену.
– Он не мог меня опередить! Нет! Не верю!

– Не кричи!
– властно прикрикнул на него Дагар.
– Весь двор занят нашими людьми.

– А-а!
– закричала жена Вадима: она то пряталась в меховые покрывала, то выглядывала из-под них и всё кричала: - Откуда здесь синеголовые? Вадим! Спаси, спаси меня!

– Не кричи!
– строго приказал ей Ромульд и тихо посоветовал: - Встань и оденься.
– Он подал ей длинное, украшенное красивой цветной вышивкой серое полотняное платье и поторопил: - Быстрее! У нас дел нынче много!

Вадим не шевелился. Он сидел сгорбленный, обречённо свесив голову.

– Не заставляй нас силою облачать тебя, - брезгливо сказал Дагар новгородскому князю, вспомнив его грязную клевету. "Придумать такое не может нормальный человек. Ведь ты - князь! Весь на виду! Как только ты смог додуматься до такого?!" - ярость вскипела в Дагаре.

– Словене глаголили нам о твоей храбрости, а ты, яко последний трус, жалеешь самого себя!
– презрительно прикрикнул на него Дагар и приказал своим дружинникам: - Наденьте в последний раз на новгородского князя его доспехи!

Вадим вскочил и бросился на рарога с кулаками.

– Варяжская пиявка!
– прохрипел он.
– Я тебе покажу "в последний раз!" - но роковые слова он прокричал уже со скрученными руками…

Солнце едва выглядывало из-за мохнатых сосен, когда Вадим и его красавица жена были выведены на крыльцо их дома. Новгородский князь запрокинул голову и в последний раз увидел серое, с голубыми прожилками небо, первые длинные косые лучи солнца, тянувшиеся с восточной стороны горизонта до его крыльца, просыпающийся мрачный лес, соседствующий с его домом, сидящего на старой сосне надрывно каркающего ворона и подавил вздох. Опустить глаза ниже, на незваных гостей, не захотел.

– Прими слебника своего, которого ты послал на верную гибель!
– бросил ему Рюрик, ожидая, когда новгородский князь посмотрит в его сторону.

От неожиданности Вадим вздрогнул, глянул вниз и в ужасе отпрянул: на крыльце прямо у него под ногами лежало обезглавленное тело Веска.

– Кто не бережёт преданных ему людей, тот не бережёт себя!
– гневно крикнул ему Рюрик и зло добавил: - А теперь при всех сам повтори клевету, которой ты решил испоганить имя моё!

Вадим вскинул голову, сделав невольно шаг назад, но наткнулся на плотно стоявших сзади него воинов Дагара и стал медленно спускаться вниз со ступеньки на ступеньку, пряча взгляд от варяжского предводителя.