Сознание медленно возвращалось к Кассейну. Открыв глаза, он увидел склонившуюся над ним девушку из газетного киоска. Сам он лежал на коврике у камина. Девушка вытирала ему лицо.

— Не беспокойтесь, все будет хорошо. Помните меня? Я Мойра Мак-Грегор. Вы у меня в магазинчике.

— А этот итальянец и парень по имени Гарди?

— Они наверху. Мы уже послали за доктором.

— Где моя сумка?

— В другой комнате, цела и невредима.

Появилась громада фигуры полицейского Броуди.

— С возвращением на землю живых, а? — он не скрывал своей неприязни. — Стоило, наверное, целой дюжины свечей Пресвятой Деве.

Полицейский вышел. Мойра Мак-Грегор улыбнулась Кассейну.

— Не обращайте внимания. Вы спасли Тизини жизнь, вы вместе с Гарди. Пойду приготовлю чай.

Она прошла в кухню и застала Броуди у стола.

— А мне бы чего-нибудь покрепче.

Девушка достала из буфета бутылку виски и рюмку. Молча поставила перед Броуди. Тот потянулся за стулом, схватил его и придвинул к себе, не заметив стоящую на нем сумку Кассейна. Она упала на пол. Верх ее был раскрыт, из нее вывалились пара рубашек, дарохранительница и фиолетовый епитрахиль.

— Это его сумка?

— Ну да. — Девушка повернулась, держа в руках чайник.

Полисмен присел на колено, засовывая вещи обратно. Вдруг он нахмурился.

— А это что такое?

Броуди держал в руках британский паспорт. Быстро раскрыл его.

— Мне он сказал, что его зовут Фаллон.

— Ну и что?

— Так почему тогда у него паспорт на имя отца Шона Дали? И фотография похожа. — Броуди стал шарить дальше. Двойное дно сумки отвалилось при падении со стула.

— Боже Всевышний! — изумленно воскликнул Броуди, вынимая из сумки пистолет.

— Что это все значит? — Мойре Мак-Грегори стало плохо.

— Скоро выясним.

Броуди прошел в другую комнату и поставил сумку на стул. Кассейн лежал с закрытыми глазами. Полицейский присел рядом с ним, вынул наручники и осторожно завел один из браслетов за левую руку Кассейна. Тот открыл глаза, и в этот миг Броуди схватил кисть правой руки, оковывая и ее сталью наручников. Он поставил Кассейна на ноги и с силой швырнул на стул.

— Что вы делаете? — вскрикнул Кассейн.

— А как прикажете все это понимать?

Он поднял фальшивое дно сумки и стал показывать его содержимое.

— Три пистолета, поддельные паспорта, солидная сумма денег. Чертовски интересный вы получаетесь священник. Ну, что скажете на это?

— Вы полицейский, вам видней.

Броуди ударил кулаком Кассейна по голове.

— Следите за манерами. Иначе я из вас котлету сделаю.

— Не бейте его, — попросила стоящая у двери Мойра Мак-Грегор.

— Женщины всегда одни и те же. — Броуди презрительно усмехнулся. — Вам он нравится, да? Только потому, что сыграл героя, спасая итальянца, а?

Полицейский вышел. С отчаянием в голосе девушка спросила:

— Кто вы такой?

Кассейн улыбнулся.

— Не стоит забивать себе этим голову. Не могли бы вы дать мне сигарету, пока не вернулся этот кабан.

Броуди служил в полиции уже двадцать ничем не примечательных лет. Он был тупым и грубым человеком, власть которого распространялась лишь на жителей нескольких деревушек. А ему этого было мало. Его увлечение религией служило той же цели: заполучить власть над людьми. Хоть духовную власть. Конечно, он мог позвонить в полицию Дамфриса, но он нутром чувствовал, что тут можно отличиться, поэтому набрал номер полиции в Глазго.

В Глазго получили фотографию и описание Гарри Кассейна всего час назад. Сообщение было помечено первой категорией срочности. Предлагалось по всем подозрительным случаям немедленно связываться с «Группой-4» в Лондоне. Звонок Броуди вызвал переполох, его сразу же соединили со спецотделом. Через две минуты он уже говорил со старшим инспектором Трентом.

— Еще раз все повторите, — приказал Трент. Броуди подчинился. Когда он закончил, Трент сказал: — Я не знаю, сколько времени вы служите, но сейчас вы добились небывалого успеха за всю карьеру. Задержанного вами человека зовут Кассейн. Крупная шишка в системе ИРА. Вы говорите, что пассажиры автобуса, в котором он ехал, будут пересаживаться на поезд?

— Так точно, сэр. Дороги размыты. Обычно скорые поезда здесь не останавливаются, но они договорились об остановке экспресса в Глазго.

— Когда он прибывает?

— Через десять минут, сэр.

— Садитесь на него вместе с задержанным. В Глазго мы вас встретим.

Броуди вел Кассейна по перрону. Одной рукой держал его, другой нес сумку. Пассажиры изумленно смотрели на эту процессию. Когда еще увидишь священника в наручниках. Они дошли до почтового вагона почти в самом конце состава. У вагона стоял проводник.