– Надеюсь, вы согласитесь проследовать с нами к господину? – спросил он.

– Если бы вы не сделали своего предложения, я сама попросила бы вас об этом, – ответила Тайна.

– В таком случае прошу вас следовать за нами.

– Боюсь, мой спутник слишком устал для этого.

– Думаю, мы сможем ему помочь восстановить силы.

Разговор вёлся на арабском языке, его Габриэль, разумеется, не знал, но каким-то чудом он понимал, о чём шла речь.

– Вот, сударь, выпейте немного, – стражник протянул Габриэлю флягу, сделанную из какого-то плода.

Вода была немного сладковатой, и каждый глоток словно бы отправлял в мозг волну холодной свежести.

– Благодарю вас, сударь, – сказал Габриэль, возвращая флягу.

– А это разжуйте и положите под язык, – стражник достал из небольшого мешочка, привязанного к поясу, несколько зеленых листьев.

– Благодарю вас.

Листья оказались горькими, а от их сока занемело во рту. Однако буквально через пару минут Габриэль стал свежим как огурчик, и они отправились в путь.

Вскоре Габриэль в полной мере испытал чудесное действие листьев. В голове прояснилось, как никогда. Мир вокруг стал намного красивее и ярче, а тело наполнилось силой и бодростью. Хотелось петь и плясать. Если бы у него была такая возможность, он бы помчался бегом.

– Сильно не усердствуй, – предупредила его Тайна. – Ло (так назывались листья) не даёт тебе силы, а только берёт их у тебя же взаймы. После неё ты не чувствуешь усталости и можешь бежать до тех пор, пока не рухнешь и не умрёшь.

Дорога заняла примерно час. Город, который всё это время был виден на горизонте, выглядел настоящим оазисом среди безжизненных песчаных просторов. Он расположился на берегу моря у самого устья широкой, чистой реки. Город был окружён высокой крепостной стеной, скорее, служившей символом величия, чем средством защиты от нападения врагов. У огромных городских ворот из красного дерева, обитых листовым золотом с орнаментом из слоновой кости, стояли стражники в дорогих, красивых одеждах.

Начальник патруля обменялся с дежурным хранителем ворот несколькими словами, после чего обратился к Тайне:

– Дальше вами займётся городская стража, мы же не должны появляться в городе во время дежурства.

– Благодарю вас, господа, вы были на высоте, – она одарила их лучезарной улыбкой. Польщённые стражники низко ей поклонились.

– Простите, господа, но нам строго-настрого запрещено пускать посторонних за эти ворота, – сказал, как бы извиняясь, страж ворот. – Скороход уже побежал предупредить начальника городской стражи, и скоро сюда придет городской патруль, который проводит вас в замок Хусейна. Таков закон, и я не смею ему противиться.

– Разумеется, – ответила ему Тайна.

– Но вы можете располагать мной в рамках закона, – поспешно добавил он.

– Вы очень любезны, сударь.

– А почему они называют своего господина по имени? – спросил Габриэль, которому и в голову не могло прийти, что так можно обращаться к своему государю.

– Потому что здесь так принято. Хусейн – это Хусейн. Он единственный бог на земле для своих подданных, тогда как все титулы и уважительные обращения существуют для людей. Кстати, не вздумай о нём говорить иначе, как о Хусейне.

Появился патруль во главе с самим начальником стражи, который, торжественно поприветствовав гостей, любезно поинтересовался о цели их визита.

– Мы пришли с посланием Господина Тайн, – ответила Тайна.

– Большая честь для меня разговаривать со столь высокими гостями, но позвольте спросить, у вас есть письменное послание или верительные грамоты?

– Господин Тайн не признаёт написанных слов.

– Разумеется, госпожа, прошу вас в наш совершенный город.

За воротами был настоящий райский сад. Среди экзотических с точки зрения Габриэля цветов и деревьев свободно бродили дикие животные. Всюду были фонтаны. Дома бедняков выглядели богаче жилищ шотландских богачей, а богачи жили во дворцах, не снившихся даже английской аристократии.

Гостей усадили на спины чудных горбатых зверей с не менее странным, чем внешний вид, названием: верблюд. Впереди ехал сам начальник городской стражи, а позади следовал почётный эскорт.

– Тебе не кажется, что нас здесь приняли за настоящих послов? – незаметно спросил Габриэль у Тайны.

– А мы и есть настоящие послы, – спокойно ответила она, – иначе нас бы убили прямо на берегу.

Дворец Хусейна поражал роскошью. По сравнению с ним жилище короля-Солнца показалось бы жалкой лачугой. У ворот, выкованных из чистого золота с гербом из крупных рубинов, стояли боевые носороги, чей вид привёл Габриэля в священный трепет. Именно эти могучие звери, посаженные на цепь, стали для него символом величия тех, в чьи владения они так бесцеремонно вторглись.

От самых ворот до дворцовых покоев тянулась ковровая дорожка, сотканная настоящими мастерами своего дела. По обе стороны от неё стояли гвардейцы с пиками, инкрустированными драгоценными камнями. При появлении гостей они встали по стойке смирно и взяли оружие на караул.

Встречал гостей Главный министр Хусейна, который был сама любезность.

– Для нас большая честь встречать столь высоких гостей, – сказал он после необходимого по протоколу количества поклонов и комплиментов.

Высоких гостей проводили во дворец, где им выделили самые лучшие покои, разумеется, после покоев Хусейна и его жены. Дворец был разделен на мужскую и женскую половины, поэтому Габриэля поместили далеко от Тайны. К нему приставили двенадцать слуг, которые помогли Габриэлю привести себя в порядок.