Шли дни, и Габриэль начал терять границу между собой и морем. Разумеется, море оставалось морем, а он – собой, но каждая волна начала порождать такую же волну в его душе и наоборот. Теперь он смог понимать и морских чудовищ, которые раскрывали перед ним тайны морских глубин.

Вскоре он стал одним целым не только с водой, но и с ветром, песком, небом. Габриэль растворился в окружающем его великолепии, и оно растворилось в нём.

– Ты справился с заданием, – сказала ему как-то вечером Тайна.

– Представляешь, я совсем забыл, для чего ходил на берег! – удивился Габриэль.

– Всё правильно. Иногда, чтобы достичь цели, надо отказаться от её достижения.

– Я настолько привык к этому месту, что ни за какие богатства не променяю его ни на что другое.

– Любая привязанность – это рабство, да ты и сам это понимаешь, иначе тебя бы здесь не было.

Габриэль попытался ей возразить, но она его остановила.

– Теперь ты должен будешь создать дорогу устремления, по которой мы сможем перейти на большую землю.

– Как Иисус?

– Он тоже был здесь в своё время.

– И как я должен её создать?

– Сиди и слушай. Когда ты будешь готов, с тобой заговорит Пророк.

– Он прибудет с рекомендательным письмом? Как я узнаю, что это именно он?

– Не переживай, голос Пророка ты не перепутаешь ни с чем.

И вновь были долгие дни созерцания.

Габриэль приходил на берег, устраивался на любимом месте и растворялся в окружающем его мире. Труднее всего было помнить о голосе Пророка. Иногда за целый день Габриэль так ни разу о нём и не вспоминал.

Шли дни…

Габриэль вдруг почувствовал, что что-то в нём, да и в окружающем его мире стало иным, не таким как обычно. Это было неясное, смутное чувство, которое пока что не находило фактического подтверждения.

Так же светило солнце, так же простиралась до горизонта водная гладь…

Это было невероятно! Он вдруг понял, что время больше не движется, что оно остановилось совсем! Габриэль понимал, что такого не может быть и одновременно видел своими глазами. Это сводило его с ума…

Водная гладь тоже изменилась. Внешне она была такой же, но Габриэль ясно увидел проснувшимся в нём внутренним зрением дорогу, которая начиналась у берега и уходила за горизонт. Дорога была неровной. Местами она сужалась настолько, что на ней с трудом помещалась человеческая нога, а местами расширялась до размера городской площади. Она петляла, возвращалась назад, кружилась, но неуклонно вела на берег «большой земли».

– Пойдём, – сказала появившаяся словно из-под земли Тайна, – мы должны успеть, иначе твои друзья (она имела в виду морских зверей) утащат нас к себе на дно.

Чудовища подтвердили её слова.

– Мы должны будем это сделать, такова наша обязанность, – сказали они, – но мы от всей души желаем вам удачи.

Габриэль хотел им что-то ответить, но Тайна его остановила.

– Ты не должен произносить ни слова. Если ты заговоришь или хоть на мгновение отвлечёшься от устремления к Воле Пророка, дорога исчезнет, и мы окажемся на морском дне.

Габриэль молча поднялся на ноги и стал на тропу. Водная гладь слегка проминалась под ногами, но была довольно устойчивой и прочной. Габриэль шёл вперёд, сосредоточив всё своё внимание на дороге. Он даже не думал, следует ли Тайна за ним. Дорога была долгой, и удерживать на ней внимание было чертовски тяжело, намного тяжелее, чем идти.

Практически уже возле противоположного берега Габриэля отвлекла выпрыгнувшая из воды рыбина. Дорога резко исчезла, и он сразу же ушёл под воду, правда, не глубоко. Воды было по грудь, а под ногами было твердое песчаное дно.

– Быстрее! – закричала Тайна.

Со всех сторон к ним ринулись морские чудовища. Из последних сил Габриэль бросился к берегу, не забывая следить, не отстаёт ли Тайна. Выбравшись, они, совершенно обессилев, рухнули на берег.

Они лежали на горячем песке и жадно хватали ртом воздух, напоминая собой выброшенных на берег морских рыбин. Габриэль был настолько уставшим, что казалось, будто он в жизни больше не сможет сделать ни одного шага. Во рту он чувствовал привкус крови, в боку болело, а перед глазами плавали чёрные «мухи». Он был на грани обморока. Тайна тоже была уставшей, но не настолько, к тому же ей не приходилось сосредоточиваться на дороге.

– Веди себя спокойно и ни во что не вмешивайся, – сказала она Габриэлю, который и при желании не смог бы никуда вмешаться.

– Что случилось? – превозмогая усталость, спросил он.

– У нас гости.

К ним приближались стражники: трое грозного вида арабов с кривыми саблями в руках.

– Мы прибыли с острова Тайн с посланием для вашего господина Хусейна, – сказала Тайна ещё до того, как стражники открыли рот.

Судя по тому эффекту, что произвели на стражников её слова, здесь очень уважительно относились к островитянам. Стражники убрали сабли, а старший поприветствовал Тайну вежливым поклоном.