И выстрел прозвучал. Точнее – просвистел множеством выпущенных стрел, которые беспощадно вонзились в тела убийц.

Вот и не верь после этого в предсказания. Оружие на меня подняли? Подняли. И что мы имеем? Погибли все. Кто от своего собственного, а кто… Я оглянулся посмотреть на спасителей и увидел появившихся из-за холма свурдунцев.

– Какой удар! – восхищался Гайнар. – Извини, араштан, что вмешались в твой бой. Гайнар хотел еще раз сказать тебе спасибо, а они мешали.

– Ничего страшного. – Мне только и оставалось, что пожать плечами. – Пожалуйста.

– Ты снял проклятие с моего рода, и моя шестнадцатая жена наконец-то родила сына! А то все девки да девки. Поехали ко мне. Праздник у меня великий. Самым дорогим гостем будешь.

– Погоди минуту. – Я уже понял, что пленник вряд ли окажется Миридом, но любое дело следовало довести до конца. – Освободите этого парня.

Вождь кивнул своим лучникам, и те выполнили приказ.

– Мирид?

Мужчина отрицательно покачал головой.

– Тогда кто?

Он только и сумел, что промычать, показывая пальцами себе в рот.

– Этот ничего уже не скажет. Ему язык отрезали, – пояснил Гайнар. – Ну что, идем?

Возвращаться в Сволдск и требовать у наместника выполнения обещаний было, по крайней мере, глупо. Наверняка он придумал запасной вариант на случай неудачи. А у меня никаких сюрпризов. Только тяжелая после нескольких бессонных ночей голова. Надо сделать хоть какую-то передышку.

– Заберите и этого, – указал я на немого и тихо добавил: – Пусть глаз с него не спускают.

– Хорошо, все сделаем.

Так, и что мы имеем? Выбирая между араштаном и пленником, Дурангим решил избавиться от араштана. При этом наемные убийцы полностью проигнорировали лже-Мирида. Значит, либо он абсолютно бесполезный для наместника человек, либо, наоборот, предназначался для подстраховки воинов. Еще один убийца? Вполне возможно. Наверное, не стоило его развязывать.

Я поделился сомнениями с Гайнаром:

– Он хоть и немой, но может оказаться опасным.

– У Гайнара лучшие воины. Пусть только попробует задумать недоброе… Кара настигнет немедленно.

У меня не было оснований ему не верить. Но стремление Дурангима избавиться от араштана, пусть и липового, настораживало. Неужели я стал для него настолько опасен? Правитель города получил жезл, два раза отбил нападение на Сволдск. Неужто испугался, что я действительно ему ногу сломаю? Отдал бы мне Мирида – и еще одной проблемой у него стало меньше. Что-то здесь нечисто…

К полудню отряд прибыл на место. На окраине лагеря нас встретили криками радости. Заиграли трубы и барабаны. Мужчины и женщины пустились в зажигательные пляски, к которым просто нельзя было не присоединиться. И вся эта танцующаяся процессия так и двигалась к центру поселения, где стоял самый большой шатер. Праздновать так праздновать.

Я поймал себя на мысли, что после выхода не на той станции метро у меня появилось только два занятия – воевать и пировать. Честно говоря, и то и другое надоело до чертиков, хотя второе было гораздо предпочтительней.

Теперь западные варвары не казались мне страшными. Ко всему привыкаешь. Уж если я со своим обликом сумел примириться, то что мне остальные?

– Заходи, гость дорогой. – Вождь поднял полог шатра. – Будь как дома.

– Гайнар, я не видел у вас в лагере рабов. Зачем тогда вы их захватываете?

– Рабство – это плохо. Гайнар не держит рабов, он их отдает другим вождям, которые живут в городах. А взамен получает хорошее оружие, чтобы его воины были лучшими в Свурдуне.

– А на Сволдск зачем напал? Забрал бы себе рабов – и домой.

– Один человек сказал, что в городе много хорошего оружия, и он обещал показать где.

– Кто?

– Гайнар сказал – один человек. Послушай, нынче великий день, а ты вспоминаешь о большом позоре. Нехорошо.

– Больше не буду. – Я понял, что сегодня у него ничего не узнать.

Зато праздник действительно удался. Все пили какую-то бражку, танцевали, орали песни, ели приготовленное на открытом огне мясо.

А ночью я как убитый спал под открытым небом. И никакая сволочь не побеспокоила до самого утра.

– Араштан, – растолкал меня на рассвете вождь, – вот этот, без языка, пытался украсть лук. Что с ним делать?

Связанный гадляндец стоял возле шатра. Я с трудом продрал глаза.

– Подержи его с недельку, а потом отпусти. И еще… Можно тебя попросить об одной услуге?