– Я же тебе рассказывал про свои опыты, – отмахнулся я. – Это еще одна жертва моего неудачного эксперимента. Полетал немного, пару раз огонек пустил и испарился без следа.

– Но ты ведь не колдун! И не пытайся меня убедить в обратном. Разве что… – Наместник снова посмотрел на кость. Прямо как голодный бобик.

– Когда будем меняться? – Мне не терпелось встретиться с Миридом.

– Да хоть сейчас. Отдай мне жезл, и тебе приведут пленника.

За кого он меня принимает? За идиота? Сейчас отдам косточку, и кому я без нее такой хороший нужен? Нет уж, «утром деньги – вечером стулья», как говорил один мудрейший персонаж из романа Ильфа и Петрова.

– Не хотелось бы обижать тебя недоверием, но при заключении сделки я всегда соблюдаю один нерушимый принцип: сначала убедиться в качестве товара и лишь потом производить оплату. – Заметив, что собеседник не понял или сделал вид, что не понял, я пояснил: – Пока ты не приведешь пленника, я жезл не отдам. Ясно?

– Более чем, – на удивление мягко согласился наместник. – Но и ты пойми: в городе я не могу его освободить, слишком опасный человек. Поэтому его приведут связанного и с заклеенным ртом, чтобы не пытался колдовать. А за городом можешь делать с ним все что угодно. Только отойди подальше. Договорились?

Надо же, как Дурангим боится Мирида! С чего бы? Власть у него в руках, войско не бузит. Что может сделать один человек? Да, он колдун, но у нынешнего наместника их десятки.

Видя мою задумчивость, сановник заговорил снова:

– Какие-то проблемы? Если что, я никуда не тороплюсь. Отдохни, выспись. Можем все обсудить завтра.

«А пока я буду спать, тебе никто не помешает легко забрать кость. Опять какой-нибудь трюк наподобие путешествующей кровати. Дворец наверняка полон сюрпризов для „дорогих“ гостей».

– Хорошо, пусть приведут пленника.

Дурангим отдал приказ, и через час за городские ворота вывели полуголого гадляндца со знакомым шрамом на руке. За то время, пока за ним ходили, я успел перекусить и сбегать за корзинкой.

– Мои люди вас проводят, чтобы ты не освободил преступника раньше, – сообщил наместник. – Теперь я могу получить жезл?

Сопровождение мне выделили довольно странное. Раньше таких бойцов в войске Сволдска я не встречал. Суровые лица, напряженные взгляды. Идут, словно крадутся. И форма на них сидит, как с чужого плеча. У каждого по секире, два меча и кинжал. «Неужели спецназ? Почтительно тут относятся к преступникам».

– Забирай. – Кость перешла в руки сановника, а мы двинулись за город.

Миновав ров, я остановился.

– Хозяин приказал отойти подальше от стен, – недовольно заметил один из воинов.

– Ладно, отойдем дальше.

Отряд шел не останавливаясь четверть часа. Потом еще столько же. Мы подошли к каким-то барханам.

– Может, хватит? Вашего города уже и не видно.

– Это хорошо. Значит, никто не увидит, как мы тебя убьем.

Ничего себе поворот! Вот тебе и «почетный эскорт»! Ребятки действительно оказались «специального» назначения, но такое назначение меня не устраивало. Я как-то не просил провожать меня на тот свет. Воины оставили пленника, бросили секиры и вооружились мечами. На шестерых мужиков приходилось двенадцать клинков, а у меня в руках только корзинка с Узрандой.

– А вы знаете, что на каждого, кто поднимет оружие на араштана, падет проклятие?

– Ну и что? Араштан – это сказка. Его никто никогда не видел… – Такое ощущение, что этих парней где-то прятали, если они не слышали то, о чем было известно всему городу.

Один из головорезов был настолько уверен в своих силах, что подошел ко мне почти вплотную и сразу получил корзинкой в плечо.

Не обманул Хрумстыч, обещая, что ничего с «каретой» Узранды не случится. Ни единая хворостинка даже не треснула, чего нельзя было сказать о беспечном воине: он весьма неудачно приземлился, умудрившись пронзить себя обоими мечами.

– А вы говорите – сказка. – Я и сам опешил от содеянного.

Воины переглянулись между собой и недобро посмотрели в сторону Сволдска.

– Он нас подставил, – прохрипел один из них. – Значит, нам при любом исходе умирать.

– Это почему же? – спросил я.

– Если мы не убьем тебя, нас прикончит его колдовство. А ты, поди, и не знал, как заключаются сделки с наемными убийцами? У нас в Гадляндии все знают, что такое угробный договор.

– Так он вас нанял?! Убью гада!

– Сначала тебе придется убить нас. Смерть от руки великого воина все же лучше, чем от черного чародейства.

Наемники осторожно двинулись вперед, вымеряя каждый свой шаг, каждое движение. Они буквально сковали меня своими цепкими взглядами.

Араштан на моем месте сумел бы выкрутиться. Произнес заклинание – и все дела. А мне оставалось только надеяться на умение убивать. Умение, которого у меня нет и никогда не было.

Я медленно пятился к бархану, стараясь прикрыть спину. Грозные бойцы, готовые в любую секунду броситься в стремительную атаку, также медленно надвигались на меня. Взведенная до отказа пружина внутреннего напряжения вот-вот должна была выстрелить.