Она пристально посмотрела на него.

— Ты доверяешь мне?

— Да, — сказал он. — Вопрос не в доверии. Я не хочу разочаровать тебя. — Его руки опустились на ее талию, удерживая ее напротив него.

Она замерла. Полтора сантиметра ткани были между его ладонью и ее кожей, покрытой шрамами.

Габриэль остановился, но она не убрала его руку.

— Ты доверяешь мне?

Она не могла дышать. Его голос был немного резким.

— Вопрос не в доверии. Я не хочу разочаровать тебя.

Он легко рассмеялся, и это разорвало нить напряжения, повисшую было между ними.

Внезапно вся ранимость исчезла.

— Ты сумасшедший.

Он положил руки ей на талию, она была в куртке, и все было вполне невинно. Он снова наклонился, и она была уверена, что он собирается поцеловать ее. Но его губы коснулись ее шеи. Она чувствовала его дыхание, его губы что-то шептали, и он легко покусывал ее вдоль линии подбородка. Когда его губы поймали мочку ее ушка, у нее перехватило дыхание, и она прижалась к нему, удивленная тем, как тепло растеклось по всему телу.

Его руки скользнули вдоль нее, удерживая ее крепче, и она задрожала, борясь с ощущением того, как сильно ей нравится это, и переживая, что он догадается об этом.

Габриэль слегка отклонился назад, ровно настолько, чтобы смотреть на нее. Солнце освещало его со спины, и яркие лучики играли в его волосах. Прохладный ветер скользнул по ее щекам и заставил прильнуть к нему, чтобы ощутить его тепло.

— Ты все еще должен мне секрет,— прошептала она.

— Я знаю. — Его губы были нежны, как перышко. — Я знаю.

— Скажи мне.

— Тсс. — Он расстегнул ее куртку.

Она задрожала, и вовсе не прохладный воздух был тому причиной.

Он провел ладонью по ее щеке.

— Замерзла?

Она покачала головой, но ее дыхание было неровным.

Он поцеловал ее снова, и в это мгновение она почувствовала, словно ее пронзило электрическим разрядом. Она ощутила ласковое тепло солнечных лучей, ее накрыло пеленой чувств, и все ее мысли унеслись прочь. Движения его языка пробудили в ней легкий стон, и она зарылась руками в его волосы.

Она перестала следить за тем, куда и как двигаются его руки, полностью погрузившись в ощущение тепла его тела рядом с ней.

Затем он вытащил ее футболку из брюк, и солнечные лучи прокатились по обнаженной полоске ее живота.

У нее перехватило дыхание, и она прервала поцелуй, положив ладонь на его грудь, а другой рукой пытаясь натянуть футболку обратно.

— Эй, — сказал он. — Эй.

Он смотрел ей прямо в глаза, его руки были на ее лице, никакой опасности. Его голос был нежным.

— Лэйни, ты — это не только твои шрамы.

Он слегка отклонился, но его лицо было все еще достаточно близко. На его губах блуждала улыбка.

— И я клянусь тебе, я это говорю не для того, чтобы ты позволила мне больше.

Она засмеялась, но смех оказался больше похожим на всхлипывание, и она боялась, что она сейчас разревется.

Габриэль подвинулся ближе, большим пальцем он легко провел по ее щеке.

— Ты, правда, думаешь, что я сбегу, если увижу твои шрамы?

Она повернулась и посмотрела на него.

— Ты, правда, думаешь, что я сбегу, если узнаю твои секреты?

Улыбка сползла с его лица. Это напомнило ей о вечере пятницы, когда они сидели на крышке багажника его грузовика, когда они играли в правду и поступки. Когда она приняла решение прыгнуть, моля Бога, чтобы он поймал ее.

Она взяла его за руку и переместила ее со своей щеки на свою талию. Она задержала дыхание, когда его ладонь скользнула под ее футболку. Ее ладонь легла поверх его руки, удерживая ее на ее теле.

— Дыши, — прошептал он.

Она быстро покачала головой, и он рассмеялся.

Затем он вытащил руку из-под нее и провел ладонью по ее животу. Его пальцы легко танцевали вдоль края ее бюстгальтера.

Она сделала резкий вдох,

— Вот видишь?

Он наклонился к ее ушку и прошептал.

— Я все еще думаю, что ты очень красивая.

Она точно знала, что именно ощущали его руки, они находились как раз там, где шрамы переходили в то состояние, которое можно было бы описать, как расплавленная резина. Она все ждала, ждала, когда он отдернет руку назад, издаст какой-нибудь звук отвращения, шарахнется в сторону.