Федор вложил в сухую лапу гровела-босяка разряженный амулет взломщика. Другому сунул между костяных пальцев осветительный кристалл в тяжелой подставке. Теперь картина выглядела так, будто бывший преступник и после смерти не оставил своего злодейского промысла. А второй героически защитил сейф ценой собственной и воровской некрожизни.

– Ты гений мистификации, брат, – восхитился Зак. И вдруг лицо его скривилось от боли.

– Что?!

Комдив запрыгал, стараясь вытряхнуть нечто неприятное из кармана. От него повалил едкий дымок, не хуже чем от гровеловских грибов.

– Наср, ты был прав… Это проклятое письмо прожгло мне плащ, – пожаловался Зак. – Видать, заговорено. Отнесешь от сейфа – сгорает. Хорошо, что я всю пачку не стащил…

– Слушай. В др-ругой. Р-раз. Комиссар-ра!

Лазутчики быстро покинули базилику и по проверенному маршруту вернулись в казарму.

Тревога поднялась уже после того, как они забрались в келью, вставили на место решетку и ликвидировали, как смогли, последствия ее взлома. Судя по столь длительной задержке, дежурный отравился улитками по-настоящему серьезно. К счастью, среди простых солдат не стали искать возможного подельника гровела-предателя – это было бы смехотворно.

Утро выдалось тревожным. Хмурый десятник сразу после подъема погнал солдат в столовую, не дав даже умыться. Покормили их тоже кое-как, тушеными бобами да сладким отваром из личинок угольной моли. Затем Героаг выдал каждому дневное жалованье и объявил, что распорядок дня кардинально изменен из-за чрезвычайного происшествия. Ночью подрались два караульных гровела. Такое могло случиться только по одной причине: в лагерь проник вражеский маг, который их «переколдовал». Мага будут искать особыми методами, а всех рядовых, чтоб не мешали следствию, отправляют в увольнительную.

– Разве среди солдат не может быть чародеев? – спросил один новобранец.

– Среди вас-то, моховики? Насмешил! Некроманта сразу видно… Впрочем, на выходе вас прогонят через заговоренную арку, – ответил десятник. – Она живо обнаружит такого сильного мага. А сейчас личные вещи к досмотру!

Сквозь плетеную из сухих колючек арку, что была установлена в главных воротах, оба лазутчика прошли без эксцессов. Диверсанты опасались, что все их магические «примочки» – гоблинская и эльфийская, станут видны как на ладони. А на Заке еще и Хинова защита висела, правда сейчас неактивная.

Лазутчики даже ножны расстегнули, чтобы немедля нашинковать на мясные полоски всех встречных врагов. Однако обошлось. Ворота, очевидно, были заговорены для выявления исключительно некромантской магии.

За пределами лагеря бурлило солдатское море. Всем хотелось поскорее убраться в город, чтоб потратить заработанные деньжата в соответствии с незамысловатыми вкусами. Извозчики и рикши были буквально нарасхват. Но разведчикам повезло – их заметил рикша Прыг-Скок и тут же протолкался к ним, отказывая всем прочим воинам.

– Желаете в город, сиры? В любое место домчу. Быстро и дешево.

– До корчмы «Пьяный раптор» за сколько довезешь? – спросил Зак.

– За три седи, могучий господин.

– Что-то дороговато.

– Так ведь путь далекий, а район там опасный. Обычно беру четыре квачи. Но для вас – поездка со скидкой!

– Годится, погнали.

Еще ночью друзья обсудили дальнейшие действия. Поскольку с кассой Шамана и доказательством для мензян не сложилось, Зак предложил плюнуть на грядущую эльфийскую войну, взять золотишко в другом месте и свалить с Отожем и Онибабо в Срединный мир. Даже верных Люсьена и Клюш комдив брать не пожелал.

Бывший кассир мафии Боксугр сообщил, что попавший к вождю босяков Самата чемодан с кордобами не просто уцелел, а пополнил уже имевшееся у главаря огромное состояние. Пусть там и меньше денег, чем в «кубышке» самозваного Вэйруна, однако чемодан хотя бы примерно известно, где искать. А некромантские сокровища, может, лежат в подвале в виде мешков с медными лилангени! Разве их утащишь?

Федор сначала возражал – мол, план Зака не слишком красив по отношению к эльфам Подтеменья. «Если Шаман и впрямь получил помощь от некромантов и двинет войска на города дроу, их устои рухнут, – сказал комиссар. – Можем ли мы сбежать с деньгами, словно предатели? Сдернули бедных шиндилринцев с места и бросим на произвол судьбы, за сотни миль от родины?» Зак на это предложил не комплексовать и не строить планов, пока золото не добыто. Но по простодушной морде минотавра было видно, что именно так он и поступил бы – все бросил и сбежал. Все-таки он долго проработал президентом Даггоша и теперь мыслил в государственном ключе.

– Эй, Прыг-Скок! А ты не кругами ли нас возишь, пройдоха? – заорал Маггут, когда повозку в очередной раз занесло на правом повороте.

– Я помню! Это здание! – зарычал Стволов.

– Уже приехали, зоркие сиры, – отозвался ушлый кентавр и тут же притормозил у корчмы.

Прибыв в «Пьяный раптор», друзья первым делом заказали изрядный обед с парным мясом, вымоченным в молоке овсом и большим кувшином темного эля. Эльфийские флорины и суточные от Шамана позволяли гульнуть один раз на широкую ногу.