Господин Харчеев с непонятной целью находит человека, который за немалое вознаграждение соглашается на пластическую операцию, в результате которой становится двойником Харчеева.

После похорон одного из своих друзей Емеля отправляется в Институт красоты. А оттуда вместо него выходит человек, похожий на него, как две капли воды.

Этот человек, переночевав в пустой квартире, принадлежащей Емелиной любовнице, отправляется в отпуск, имея на руках Емелины документы.

Харчеев устраивает все таким образом, чтобы максимальное количество свидетелей, в том числе его ближайших сотрудников, считало бы, что это именно он отправился в отпуск на теплоходе, для чего приглашает их на «свои» проводы.

Это, так сказать, предыстория. Свидетельницей дальнейших событий и даже их непосредственной участницей была уже я сама.

Двойник, насколько ему позволяют его актерские способности и нервная система, довольно убедительно разыгрывает на теплоходе роль господина Харчеева.

Рядом с ним постоянно присутствуют два телохранителя, но таким образом, что никто на теплоходе не догадывается об этом. Хозяин, видимо, объяснил ему, что телохранители по определенным причинам должны находиться там инкогнито. Двойник и это условие выполняет почти безукоризненно, если не считать маленького «прокола», когда однажды в пьяном виде не удержался и подмигнул одному из них.

В первый же день Михаил напивается вдрызг, и это вполне устроило «охрану», а значит, устроило бы и самого Харчеева. Единственное, что пугает их, это возможные признания двойника кому бы то ни было в том, кем он является на самом деле и какую роль вынужден играть.

Второй день отличался от первого тем, что Михаил был трезв и собирался оставаться таковым до ночи. И это почему-то не устроило «охрану», и они подсыпают в стакан Михаилу какой-то гадости. В результате добиваются того, что он до утра находится в бессознательном состоянии. Во всяком случае, его восприятие действительности вряд ли можно было назвать адекватным.

Не говоря уже о том, что окружающие теперь воспринимают его как запойного пьяницу. Я со стыдом вспомнила, что и у меня была такая мысль.

Ну и наконец, сегодня ночью, воспользовавшись состоянием Михаила, они выманивают его на корму и, прекрасно информированные о его водобоязни и совершенном неумении плавать, бросают его в воду на середине Волги, где и хороший пловец рискует не доплыть до берега, особенно в одежде.

Как я ни старалась быть осторожной, я вынуждена была признать, что вывод напрашивается сам собой: Харчеев инсценировал собственную смерть. Оставалось понять, зачем это было ему нужно.

Обычно это делают те, кто желает скрыться от правосудия или в надежде получить солидную компенсацию по страховке. Я могла подозревать своего клиента и в том и в другом: он не был чист перед законом, и страховка у него наверняка была и, видимо, на приличную сумму.

Но в любом из этих случаев мнимому покойнику приходится потом оставшуюся жизнь жить под чужим именем, желательно в другой стране, рискуя быть узнанным кем-нибудь из старых знакомых. В кино такие люди обычно отпускают бороду и не выходят из дома без темных очков.

Стоп! Для того чтобы изменить внешность, необязательно отпускать бороду, и спрятаться можно, не покидая своей страны. Все это, и страховку в придачу, можно получить, если станешь другим человеком!

Как мне раньше не пришло это в голову!

Если Михаил благодаря пластической операции стал точной копией Емели, то почему бы и самому Емеле не сыграть в ту же игру?

Когда я подумала об этом, то испытала ощущение, которое называют «мороз по коже». Я неоднократно убеждалась в том, что оно возникает у меня всякий раз, когда я нахожусь на пороге важного и, самое главное – верного решения той или иной задачи. Первый раз я обратила на это внимание еще в школьные годы при самостоятельном доказательстве теоремы.

Настоящего Харчеева я в последний раз видела на пороге Института красоты. Вполне вероятно, что он находится там до сих пор. Таким образом, Емеля убивал сразу двух зайцев: он мог совершенно спокойно заниматься изменением своей внешности, при этом ни у кого не вызвав никаких подозрений своим внезапным исчезновением.

Весь город был уверен, что он находится в путешествии. И к тому времени, когда найдут тело (а для этого потребуется, возможно, не один день), он уж будет присутствовать на своих собственных похоронах в новом обличье и под новым именем.

Гениальность замысла состояла в том, что он при этом практически ничем не рисковал. Его видели на теплоходе сотни людей: родственники, несомненно, опознают его распухшее в воде тело и не допустят вскрытия. Финансовая сторона наверняка была продумана с не меньшей тщательностью. Я была уверена, что Харчеев не только не потеряет ни одной копейки, но и заработает на своей мнимой смерти немалую сумму.

Унаследовав свое собственное состояние и оставив в «прошлой жизни» все неприятности, он мог начать жизнь с чистого листа и благодаря этому претендовать на любой пост на высоких этажах власти. А добившись депутатской неприкосновенности, бывший Харчеев развернется всерьез.