– Прости, Саша, но мне сейчас неинтересно слушать про твои любовные связи. Я бы не хотела, чтобы эта девушка оставалась у нас хотя бы на день, но, похоже, выбора у меня нет. Поверь, хлопот с ней будет много. Не хочу обижать твою любовницу, но девочка просто хамка. Не жди от меня хорошего к ней отношения. Я постараюсь сохранить мир, но, если твоя дочь сама не приложит к этому усилий, она уйдет. Или уйду я.

– Хорошо. Я постараюсь как можно быстрее решить эту проблему.

Саша вышел из кухни. В Ляльке шевельнулась жалость к этому, все еще бывшему родным, человеку. Несмотря на собственную боль от его предательства, она понимала его и подумала о том, что не сможет ударить «лежачего». А Сашка «лежал». Эта смазливая девица своим появлением разрушила его, такое стабильное, существование. Всю жизнь для Сашки было важно, что о нем думают. Ляльке казалось, что ради того, чтобы стать лучше других, даже в мелочах, он готов на многое. Совершенно не умея проигрывать, он побеждал всех и во всем. Но нужно признать, что он всегда знал свой «потолок», и старался не прыгать выше него. Может, еще и поэтому ему везло.

Ляля накрыла нарезанный салат пленкой и пошла готовить комнату для новоиспеченной родственницы.

– Тетя Валя, вы в городе? Как хорошо, мне нужно с вами обязательно встретиться.

Лялька быстро переоделась и, не говоря ни слова мужу, вышла из квартиры. Краем глаза она заметила, что Соколов сидит в кресле, закинув ногу за ногу и о чем – то разговаривает с дочерью. «Судя по его виду, не скажешь, что она его осчастливила своим появлением», – подумала Лялька, спускаясь по ступенькам.

До дома тетушки было десять минут быстрым ходом. Ляля шла медленно, готовясь к разговору и старясь успокоится. Только сейчас ее стала колотить нервная дрожь.

Валентина Николаевна была не одна. В кухне, на любимом Лялькином диванчике, сидела ее соседка Дарья Шерман.

– Привет! Чайком напоите, тетя Валя?

Валентина Николаевна уже наливала заварку из красивого фарфорового чайника. На столе, в глубоком блюде, прикрытые кипельно – белой салфеткой, лежали крошечные пирожки.

– С капустой? – мечтательно потянув носом, спросила Лялька.

– Садись, твои любимые, с луком и яйцом. Проголодалась?

Лялька только сейчас сообразила, что она так и не поужинала. Видеть, как муж со своей «дочуркой» с аппетитом поглощают приготовленное ею овощное рагу, было выше ее сил.

Даша встала из – за стола и потянулась за ключами от своей квартиры, которые бросила на холодильнике.

– Я пойду, не буду мешать.

– Сиди Дашка, я и при тебе поплакаться могу.

– Что у тебя случилось, Ляля?

Валентина Николаевна села напротив Ляли и внимательно на нее посмотрела. Племянница была бледной и старательно пыталась не выдать своего напряжения.

– К нам приехала дочь Саши. Из Качуга.

– Какой еще Качуг? Разве Саша там был?

– Да нет, не был, а дочь есть.

Ляля коротко, простыми, почти «рубленными» фразами, поведала тетушке и Даше про нежданно свалившуюся к ним девицу.

– Ну, Соколов дает! – У Дарьи от возмущения округлились глаза.

– Это не он дает, а ему дают.

– Ляля, погоди. А почему ты уверена, что она его дочь?

– С ее слов. Да и Сашка не особо удивился, значит, было что – то.

– Ну, может и было. Сколько ей лет, говоришь?

– Двадцать.

– Значит, он работал на заводе.

– Да, а она в заводском буфете. То – то в то время дефицита на колбасу она у нас в доме не переводилась!

– Думаешь, он брал батонами колбасы?

– Девочки, ситуация пошлая, но не надо еще самим так пошло шутить.

– Простите, тетя Валя. Просто мерзко, как – то, пакостно. Давайте о другом поговорим. Мы с Сашкой собирались в Польшу, в город где Зоя жила. Теперь, правда, не знаю, поедем ли. Может, Галка с Юрой смогут?

– У Галины отпуск только в августе, и они собирались в Болгарию, на солнышке погреться. Все – таки, Ляля, мне кажется, что скоро все проясниться.

– Ага, либо ишак сдохнет, либо падишах.

– Ну, не так буквально!

– А как, тетя Валя? Обратно этот плод его любви не затолкаешь. Уехать по доброй воле, она не уедет. Был бы Соколов слесарем, или дворником, она бы и не подумала явиться перед ним. А так, конечно! Директор фирмы, квартира пятикомнатная и счет в банке. Отчего же не поучаствовать в жизни такого папани?

– Ты думаешь, ей только деньги нужны? Может отца хотела увидеть?

– Не смешите, тетя Валя, ну какие родственные чувства она может испытывать к незнакомому мужику? Странно другое, после смерти ее матери прошло уже много времени, а приехала она именно сейчас. Как – будто кто – то ее подтолкнул к этому.

– А бабушки – дедушки у нее есть?

– Нет, кажется. Как я поняла, живет она одна, в квартире, оставшейся после родителей.

– Ляля, будь с ней осторожней. Старайся одну в квартире не оставлять, может, она аферистка?