– И что же ты в таких случаях делаешь?

– Нахожу тихое место и там обдумываю создавшееся положение.

– И что? – не поняла я.

– По зрелом размышлении всегда выясняется, что справиться с проблемой можно.

– Так-таки всегда?

– Всегда, – кивнул Уилл.

Он был уверен в своем ответе. Чего нельзя было сказать обо мне. Недавно, может быть, впервые в жизни мне довелось столкнуться с ситуацией, из которой не было выхода. Если бы помощь не пришла со стороны, сама бы я точно не справилась. И это не давало мне покоя. Я снова и снова прокручивала в мыслях события этих дней, силясь понять, где именно можно было повести себя по-другому, с тем чтобы отвоевать себе право определять собственную судьбу. Решение не находилось. Похоже, что от меня действительно ничего не зависело. Осознание этого факта было невыносимым. В некотором смысле они победили – Лаура, ее папаша, местные власти, в данном случае не имело принципиального значения, кто именно. Да, в этот раз помощь пришла вовремя, но что, если однажды этого не случится? Нельзя всегда рассчитывать на содействие окружающих: рано или поздно поблизости никого не окажется.

Я откинула голову назад и прикрыла глаза. Мысли, сперва ясные и болезненные, стали потихоньку переплетаться между собой и тускнеть.

Когда я проснулась, уже рассвело. От ручья по-прежнему тянуло прохладой, но вода больше не тонула в темноте. Одинокий дубовый лист медленно плыл по течению, оставляя позади зыбкие отражения склонившихся к воде деревьев. Повернув голову, я увидела неподвижную фигуру Уилла. Похоже, он так и простоял весь остаток ночи, прислонившись к стволу вяза и устремив к небу невидящий взгляд. Разбойник стоял, повернувшись ко мне боком, и, казалось бы, не должен был заметить моего пробуждения. Однако прошло лишь несколько мгновений, прежде чем он сказал: «Пора возвращаться», и, дойдя до едва заметной тропинки, остановился, поджидая меня.

Когда мы вернулись на поляну, лагерь уже оживал. По взгляду, брошенному Адрианом, я запоздало сообразила, что наше с Уиллом совместное возвращение производит не вполне правильное впечатление. Но дальнейшие события закрутились с такой скоростью, что стало не до объяснений.

Послание Адриана было доставлено в город еще затемно. Встреча с человеком герцога была назначена на тот же день, за час до полудня. Уилл, Адриан и еще двое разбойников отправились в город; к тому моменту, когда они вернулись, солнце было значительно ближе к горизонту, нежели к зениту. Это стоило мне, как, впрочем, и всем остальным, некоторого количества потраченных нервов, однако, как выяснилось, переговоры прошли удачно. Подкрепления можно было ожидать уже к завтрашнему вечеру. И к прибытию отряда герцога необходимо как следует подготовиться.

Этой подготовке был посвящен весь следующий день. Было необходимо пополнить запасы провизии и воды и организовать место, где могло бы остановиться приличное число людей. Учитывая размеры поляны и количество уже обитавших там разбойников, эта задача не была простой. Дело нашлось для всех. Но день сменился сумерками, сумерки – ночной темнотой, а никто так и не появился. Отправленные в разные части леса разведчики также вернулись ни с чем. Никакой отряд, пусть даже замаскированный под группу невинных путешественников, ими замечен не был.

Легкое недовольство, вызванное ожидаемым прибытием чужаков, сменилось нескрываемым неодобрением и насмешками. До серьезных перепалок не доходило, но недовольство разбойников было направлено в первую очередь на Адриана, а во вторую – на Уилла, на правах предводителя втянувшего остальных в эту авантюру. Одни говорили о том, что у чужаков кишка тонка выступить против такой большой шишки, как вестфолдский шериф. Другие видели ситуацию в еще более мрачном свете и утверждали, что их заманили в ловушку и рано или поздно в лагерь нагрянет целое войско. По их словам, пока не поздно, следовало уходить из места, координаты которого перестали быть тайной.

Адриан никак не реагировал на эти претензии и высказывания до тех пор, пока они не были адресованы лично ему. В этих же случаях с невозмутимым выражением лица отвечал, что ждавшие более десяти лет вполне могут подождать еще несколько часов. Уиллу пока удавалось держать контроль над ситуацией и не допускать мало-мальски серьезных беспорядков, однако нетрудно было догадаться, что и в его душу закрались сомнения, а это не упрощало создавшегося положения.

К счастью, на следующее утро все разрешилось. Через пару часов после рассвета появились первые сообщения часовых о том, что отряд был замечен в отдаленной части леса. А спустя еще два часа люди герцога наконец вышли на поляну.

В приеме жданных и в то же время не слишком желанных здесь гостей я не участвовала, лишь наблюдала со стороны. Адриан был, по-видимому, лично знаком с командиром отряда, они пожали друг другу руки и поздоровались весьма тепло. Затем Адриан представил своего знакомого и Уилла друг другу. В течение нескольких минут все трое о чем-то переговаривались, а затем разошлись, и вновь прибывшие принялись обустраиваться на отведенном для них месте. Разбойники бросали в их сторону полные недоверия взгляды, воины герцога отвечали им тем же. Ничего удивительного в таком раскладе не было. Служба службой, но для воинов люди Уилла оставались не более чем преступниками, объявленными вне закона и промышляющими разбоем. Лесные разбойники, в свою очередь, видели в чужаках представителей власти, мало чем отличавшихся от приспешников шерифа. Оставалось лишь надеяться, что со временем недоверие не перейдет в откровенную враждебность, и две столь разные группы людей сумеют в минуту необходимости выступить единым фронтом.

Наблюдать за обустройством новых людей не слишком интересно, так что я собиралась развернуться и отправиться восвояси, как вдруг меня окликнул удивленный голос:

– Госпожа Инга?!

Я обернулась. Ко мне быстрым шагом приближался командир герцогского отряда.

– Сэр Роуен?

До сих пор я видела его лишь издалека и потому не узнала.

– Вот уж никак не ожидал увидеть вас в таком месте, – искренне заметил он.

– Да я и сама не слишком ожидала себя здесь увидеть, – призналась я. – Но ваше появление здесь тоже не совсем… типично.