– Я много слышал о женской дружбе, но никогда не видел ее в действии, – пояснил Адриан. – Теперь наверстываю упущенное.

– При чем же здесь дружба? – возразила Кларисса. – Она мне не подруга.

– Какое счастье: хотя бы в чем-то мы сходимся, – искренне порадовалась я. – Скажи лучше другое. Идея подставить Адриана возникла с самого начала?

– Отнюдь, – улыбнулась Кларисса. – Эту идею ты подкинула мне сама.

– То есть как? – воззрилась на нее я.

– А очень просто. После того как тебя напоили отравленным коньяком, ты сама обвинила в этом Уоллеса. А мы всего лишь воспользовались твоим собственным предположением. Это оказалось как нельзя более кстати. Нашелся козел отпущения, на которого можно было все свалить. Поэтому в следующий раз убийце было велено стрелять именно из его комнаты.

– Полагаю, спрашивать, как он раздобыл ключ, бессмысленно, – отметил Адриан.

– Бессмысленно, – подтвердила Кларисса. – Хотя бы потому, что подробности мне неизвестны. Надеюсь, ты не думаешь, будто я сама бегала по городу с арбалетом. Но можешь быть уверен, что настоящий профессионал найдет способ открыть любой замок.

– А кто же все-таки отравил коньяк? – недоуменно спросила я. – Неужели трактирщик?

– Нет, не трактирщик, его помощница, но какая разница? – безразлично ответила Кларисса.

Я нахмурилась. Перед глазами встала выплывшая из памяти картинка: опустевший трактир, стойка, трактирщик и его молоденькая помощница. «Лара, а ну-ка принеси бутылку нашего лучшего коньяка». Как же я могла об этом забыть? Но, впрочем, это ничего не объясняло…

– Откуда они вообще могли знать, что я появлюсь в этом трактире?!

Я заметила, что почти кричу, и постаралась немного сбавить тон. Терять самообладание было сейчас совсем некстати.

– Я знала, – самодовольно пояснила Кларисса. – Я же сама горячо его тебе рекомендовала, разве не помнишь?

Я не помнила. Как видно, попав в этот город, я напрочь утратила бдительность и раз за разом не придавала значения по-настоящему важным вещам.

– Я несколько раз забрасывала удочку, упоминая в разговоре этот трактир, – продолжала Кларисса. – А также позаботилась о том, чтобы о нем побольше говорили в свете, это означало, что рано или поздно ты услышишь о том же заведении и от других. Ну а то, что Уоллес оказался там в тот же день, – это всего лишь удачное стечение обстоятельств.

– Постой-ка. – Я выставила вперед руку. – Ты утверждаешь, будто сначала вы не собирались валить вину на Адриана. Но он ведь был вам нужен не меньше чем я?

Улыбка Клариссы стала настолько широкой, что мне заранее сделалось не по себе. Как выяснилось, не зря.

– А мы об этом не знали. Мы не знали, что именно у него хранится третий амулет. Ты сама мне об этом рассказала. Это было очень мило с твоей стороны. Мне тогда стоило огромных усилий умерить свое нетерпение и не спровадить тебя в ту же самую секунду, чтобы поскорее рассказать обо всем Роджеру. Но, как видишь, я получила свое вознаграждение за эту новость.

Она снова выставила напоказ палец с кольцом. Я была настолько оглушена этой информацией, что молчала, не находя слов.

– Главное, было не допустить, чтобы вы спелись, – продолжала между тем Кларисса. – Это было важно с того момента, как решено было свалить всю вину на него, но стало особенно необходимо, когда выяснилось, что вы оба – хранители амулетов. Поэтому я, как могла, старалась настроить тебя против Уоллеса. Было даже забавно наблюдать за твоими метаниями. С одной стороны, вас тянуло друг к другу, с другой – подозрения не позволяли тебе подпустить его слишком близко… До определенного момента. В конце концов вы все-таки нашли общий язык. Но это не удивительно. Уоллес никогда не был разборчив в связях с женщинами.

– У тебя с ней были какие-нибудь отношения? – спросила я у Адриана, кивая в сторону Клариссы.

– С ней? – ужаснулся он. – Не было даже в мыслях.

– Вот видишь, – снова обратилась я к Клариссе. – Ни с тобой, ни с Лаурой. Выходит, он все-таки достаточно разборчив в отношениях.

– Я, знаешь ли, тоже не была бы заинтересована в подобных отношениях, – поморщилась Кларисса. – Меня интересуют не мальчишки, а взрослые солидные мужчины. Что же касается Лауры, в этом нет ничего удивительного. Она не нужна абсолютно никому, не считая этого юродивого Рональда.

– Ах вот почему ты так не любишь Лауру, – сообразила я. – Вечный конфликт мачехи и падчерицы? Борьба за внимание мужчины… или, может быть, за его наследство?

– Лаура не луч света в темном царстве, – пожала плечами Кларисса, – но теперь это не имеет большого значения. Жена всегда значит больше, чем дочь. Я удовлетворила твое любопытство? Уведите их, – устало сказала она, обращаясь к стражникам. – Их присутствие меня утомило, ваше, кстати, тоже. Вечереет, а у меня еще много дел.

Я и сама была не против покинуть этот дом. Смущало лишь то направление, в котором приходилось идти. Легкие кольчуги стражников, звенящие со всех сторон. И копье, постоянно готовое уткнуться в спину.