Дамир спускался первым, на последней ступени он нащупал в стене шар света, и мягкое мерцание рассеяло темноту коридора. Еще шестнадцать плафонов распределили между шеренгой солдат и двинулись вперед.

Пол был ровным и гладким, без ям и неровностей.

Отряд старался передвигаться как можно тише, разговаривали, если только торопливым шепотом при особой необходимости. Не слышалось ни звука, кроме собственных шагов и легкого металлического лязга. Редко можно было угадать звук падающей капли воды.

За поясом у Фиолы была материя из ярко желтой, точно пустынное солнце, материи. После успешного захвата Толуса, искре надлежало забраться на высшие этажи и вывесить флаг — оповещение, что все прошло успешно и цитадель захвачена айруновцами.

В подземелье Толуса спустились после наступления ночи. Они двигались в сердце цитадели по тайным лабиринтам до первых лучей солнца, им нужно было захватить подземный дворец. Утром основные силы Айруна столкнутся с врагом, отбивая переход у Серогорья, отвлекут внимание на себя.

Узкий тоннель закончился массивной каменной дверью. Дамир дотронулся легким касанием руки до одной из выпуклостей в стене и проход открылся. Звук отодвигаемой створки резал по ушам, сильнее волынки в руках начинающего музыканта. Отряд замер, ожидая услышать многочисленный топот противника. Но вокруг оставалось также тихо и темно.

Дамир решительно проскользнул вперед. Коридор, в который он ступил, был раза в три шире предыдущего. Темные стены, отполированные и гладкие, точно зеркало, блестели. Теперь воины могли идти шеренгой по трое.

Иногда коридор расходился в разные стороны множеством тоннелей, точно пальцы на руке. Дамир ненадолго останавливался, сосредоточенно бормоча под нос ведомые только ему логические цепочки. Иногда он хмурился и гневался, отчего у путников закрадывалось подозрение, что мурмицин мог и не знать дороги или не помнить. Однако произнести вслух сомнения не решались.

После очередного поворота уперлись в глухую стену. Перед айруновцами был тупик. Воины грустно вздохнули, разочаровавшись, что пока не светило выпустить кишки врагу.

Дамир ничуть не удивившись препятствию, принялся шаркать руками по стене, словно выискивая в горе песка золотую крошку.

— Ага! Нашел! — громко вскричал мурмицин.

Вейн поспешил зажать ему рот рукой.

Дамир жестом показал, что все в порядке и шуметь он больше не будет.

— Мы сейчас выйдем в проход возле главной королевской залы. Там могут быть дозорные, думаю, они не сбрасывают со счетов возможность нападения и расставили стражников. Одно радует то, что они еще не нашли ни одного потайного хода, — мурмицин гордо вскинул усики к потолку.

— Откуда такая уверенность? — недоверчиво нахмурился Влакс.

— Знаю, юноша! Я провел не зря всю свою жизнь в трудах! — надулся Дамир. — Приготовьте оружие, сейчас открою дверь.

Зашуршало железо, готовясь к бою, воины выжидающе замерли, слышалось лишь нетерпеливое сопение. Дамир потянулся к камню в стене, за которым затаился механизм, открывающий проход.

— Погодите, — остановил Фиола, — вряд ли там много охраны, скорее всего, дежурят парами в каждом коридоре. Может, без необходимости не шуметь особо?

— Что ты предлагаешь?

Все с недоумением воззрились на искру.

— Грейн и Вейн лучшие стрелки во всем Айруне, им нет равных. Думаю, близнецам не составит труда пустить стрелы до того, как враги заметят нас и поднимут тревогой всю цитадель.

— А если дозорных больше, чем двое?

— Я смогу обезвредить еще одного заклинанием, а, если уж их там много, то по-тихому в любом случае не пройти — будем прорываться наглостью, — за спиной Фиолы трепыхнули уверенностью крылья.

Дамир согласно кивнул:

— Проход начнет открываться вот тут, — он провел рукой вертикально вдоль гладкой стены и направился к скрытому от посторонних взоров механизму, тихо бубня под нос:

— Варгал, снизошли на наши головы дни, когда можно проводить дни в трудах.

Близнецы встали плечом к плечу, послышался звук натягиваемой тетивы. Чуть в стороне приготовилась Фиола, шершавая рукоять удобно устроилась в руках. Лезвие заискрилось, по нему заструились волны серебристого свечения, в фиолетовых глазах отразились блики от оружия. С губ девушки в любой момент готово было соскочить короткое заклинание огненной молнии. Фиола долго ждала момента, когда сможет слышать оружие, наконец, этот миг настал.