Влакс без оружия стоял в стороне и вместе с товарищами пытался образумить обезумевшего старика. Подойти близко к Дрену решилось несколько отчаянных искр, они разлетелись в стороны от одного удара оса. Никто больше не рискнул выйти против вандала.

На лицах жителей Долины читалось отвращение к старику, как и ко всей компании с которой он пришел. Считалось, что статуя Варгала появилась после его последнего воплощения на землях Айруна. Бог наблюдал за своими детьми сквозь нее, слушал о проблемах, приносил удачу и процветание, исцелял душу. Как теперь искрам обращаться за помощью к Варгалу?

— Что происходит? — Фиола подлетела с вопросом к Лантэну.

— Дрен напился, пошел прогуляться. Мы отправились с ним, хохотали, шутили с местными. А здесь, на площади, старика переклинило. Как он увидел статую, в него словно темные силы вселились. Он начал кричать, обзывать и унижать Варгала. В первые мгновения мы опешили, а затем испугались. Пытались остановить, но где там. Дрен оказался сильнее Зарда в боевом бешенстве. Дубину у Влакса отобрал и давай крушить. У нас будут большие проблемы из-за его выходки.

Фиола посмотрела на собравшихся возле площади соплеменников. На лицах ужас, страх от происходящего на их глазах, ненависть и презрение к тому, кто сотворил святотатство.

Варгал — светлый луч Айруна, защитник и покровитель. Считалось, что раньше он часто являлся на землю. Иногда, чтобы благословить венчающихся или излечить деревню от тяжелого недуга, а бывало и просто побродить по земной тверди, посидеть у костра и послушать байки. Его видели в разных ипостасях, потому в каждом клане образ Варгала отличался. У искр он имел крылья за спиной с невероятным переплетение узоров, у стаккато голову Бога венчали тяжелые рога, мурмицины видели его с усиками на голове. Неизменным оставалось лицо — доброе, умудренное возрастом, с хитринкой в глазах.

На площади появился отряд страж. Воины получили приказ действовать жестко, Фиола это поняла по резким движениям воинов. Молодую искру охватил странный порыв защитить старика, она сама не поняла почему. Дрен испортил все ради чего они сюда шли, подставил товарищей перед старейшинами и уничтожил того, в ком искры видели свет и надежду. Фиола вылетела наперерез старшему:

— Подождите! Дайте, я попробую с ним поговорить. Он может послушать меня.

— Не забывайся, искра! Он осквернил священное место, уничтожил его.

— Сделанного не изменить, я могу убедить его остановиться.

— Мне не нужны разговоры, у меня приказ казнить его на месте.

Фиола даже не стала прислушиваться к нахлынувшим на нее чувствам, она перехватила удобнее рукоять секиры и на этот раз преградила путь стражнику с оружием в руках. Она встала в боевую стойку, слегка прикрыв незащищенные места крыльями. Если бы перед стражниками находился бы опытный воин, они бы насторожились, но перед их глазами стояла всего лишь девчушка, возомнившая о себе невесть что. Лантэн и Влакс хотели присоединиться к искре, но Зард остановил их, сказав:

— Останьтесь здесь, иначе это будет нечестно. Дайте стражникам хоть призрачную надежду на победу.

Влакс хмыкнул и расслабился, предвкушая неплохое зрелище. Лантэн тоже выходить не стал, но подошел ближе к Фиоле, чтобы в случае непредвиденной ситуации прийти на помощь. Стражники слышали, что ставки делали не на их сторону, отчего рассвирепели еще больше.

— Девчонку арестовать, старика убить! — приказал главный.

— Отставить! — твердо произнесла Эллора, проходя сквозь расступающуюся толпу. — Мне велено сопроводить делегацию в полном составе на совет.

Никто не посмел перечить воительнице. Фиола подошла к старому осу:

— Дрен! Возьми себя в руки.

Старик оторвался от уничтожения статуи, от которой к тому времени остались лишь небольшие камни и крошка, и посмотрел на искру трезвыми, но полными отчаяния, глазами.

— Зачем это все? — спросила Фиола, разведя в сторону руками.

— Он не достоин, чтобы ему поклонялись. Он слишком редко вспоминал о своих детях и теперь поплатится за это. Мог ведь многое предотвратить, но ему не до этого было. Теперь, чтобы искупить свою вину Варгалу придется встать плечом к плечу со смертными и лучше бы ему умереть при этом за правое дело.

Искры затихли, слушая хулительную речь оса. Никто не ожидал, что к Богу можно проявить еще большее непочтение, чем уже было совершено, но Дрен на этом не остановился. Он смачно харкнул в серую груду каменных останов. Старик вернул Влаксу дубину и пошел в сторону дворца. Товарищи потянулись следом, не зная как реагировать и воспринимать случившееся.

Фиола же надеялась вот-вот понять старика, казалось, ответ на поверхности и нужно лишь распутать клубок мыслей в правильном направлении, но узлы никак не желали развязываться и складываться в аккуратный моток. Искра точно знала, что не безумие овладело Дреном. Что-то другое, более глубокое. От размышлений искру оторвала Эллора.