— Что ты сделала с крыльями? Такой яркий цвет в твоем возрасте! Ты ведь даже еще не начинала обучения, а у меня даже после того как закончила не было такой сочности красок, — она взглянула на бледный оттенок бордового на собственных крыльях и требовательно прищурив глаза продолжила:

— Признавайся, чем ты их красила?

И Фиола взорвалась. Крылья, подобно цветку, резко раскрылись, разбрызгивая алмазы водных капель в стороны. Все, что накопилось в душе, выплеснулось на Лорлу:

— Тебе рассказать, чем я красила свои крылья? Кровью! Кровью тех, кого убила собственной секирой! Безжалостно, без колебаний! — с каждым словом Фиола делала шаг вперед к подруге, в глазах стоял безумный блеск. — Я убила многих, я стояла по колено в их крови, пока прорывалась сюда, чтобы предупредить о надвигающейся войне. Скоро твой цвет на крыльях насытится также, потому что всем придется взяться за оружие, чтобы выжить! Тебе достаточно таких подробностей? Нет?!

— Д-достаточно, — промямлила Лорла, прижав руки к груди, при этом она так рьяно закивала головой, что искра испугалась за ее сохранность на плечах болтливой подруги.

— Тогда пошла вон!

Девушку, точно ураганом, сдуло из умывальни. Фиола подлила в бочку кипятка и, с наслаждением, погрузилась в воду.

Разбудил ее цветочный аромат, сладкий и манящий. Искра открыла глаза и поняла, что все еще находится к бочке, вода давно остыла, и по телу промчались мурашки. Она вытерлась и надела свежую одежду. Сзади прикрепила секиру. После того, как песнь оружия смолкла, Фиола не расставалась с ним, мечтая не пропустить, когда снова запоет боевой топор, накопив силы.

Секира по-прежнему не отвечала, узоры переливались в свете свечей, но не было в них жизненного блеска и фиалковых красок.

Искра вспомнила про Лорлу и осознала, что погорячилась с ней, накричала и напугала. Все-таки соседка не виновата в том, что пришлось пережить Фиоле. Ей стало совестно за свое поведение, и она решила извиниться.

Вышла из умывальни и прислушалась. Лорла копошилась на кухне, оттуда же по дому растекались аппетитные запахи. Голод выдал свою хозяйку громким стоном.

— Фиола, ты? Уже помылась? — голова с кудрявой копной цвета отгоревшего заката высунулась в проем, а затем появилась и сама девушка.

Обе слегка замялись.

— Ты просишь мою назойливость? — алые зрачки выражали такую глубокую печаль, что Фиоле стало совсем противно за свое недавнее поведение.

— Я хотела сама попросить у тебя прощения.

— Значит, снова дружба? — звонко защебетала Лорла и потянула Фиолу на кухню. — Я приготовила примирительный завтрак. Как тебе?

Искра взглянула на стол и едва не захлебнулась слюной от представленной картины. Запеканка с нектарной прослойкой и сладким желе, блинчики с падью и ароматный цветочный чай. Желудок скрутило, и он заворчал от негодования, что его кормят только запахами.

— Это все приготовила ты? Сама?

Лорла гордо кивнула:

— Ты попробуй сначала, а то вдруг покажется увиденное не столько вкусным.

Фиола села за стол и пока подружка разливала чай, погрузила вилку в мягкую запеканку. Лорла явно преуменьшала собственные кулинарные способности, которые раньше у нее замечены не были, на вкус блюдо превосходило все ожидания — нежное, таящее во рту, с гармоничным вкусом.

— О! Варгал, это не достойно даже богов. Как же я соскучилась по нашей еде! — набросилась Фиола на блинчики. — Но откуда такие таланты? Ты ведь совсем недавно даже нектар с цветов собрать не могла.

Лорла хихикнула.

— Я встречаюсь с Деллионолом, он и научил. Оказывается это так же просто, как и сделать прическу. Он кстати сделал мне предложение, но я пока думаю. Так что возможно я скоро выйду замуж.

Фиола слушала беззаботный треп подруги, искренне радовалась за ее личную жизнь. Ей вспомнились счастливые годы, в трудах и радостях обычной искры, без врагов и проблем.

Отмахнулась от грустных мыслей и увлеклась новостями Долины, которые сыпались из Лорлы точно сахар с ложки. Фиола успевала не только задавать вопросы, но и иногда улавливать, о чем речь.

Через окно до подружек долетел грохот. Фиола подскочила, решив, что армия термитов ворвалась в Долину. Она выхватила оружие и вылетела прямо через окно на улицу. Плавно приземлилась и побежала к центру города, откуда доносились громыхающие звуки. Другие искры с волнением двигались в том же направлении. Толпа постепенно уплотнялась. Фиоле приходилось расталкивать соплеменников. На центральной площади она увидела пьяного Дрена, в руках у него находилась дубина Влакса. Тяжелым и мощным оружием он крушил главную достопримечательность Долины — статую Варгала. К тому моменту от нее остались лишь многочисленные каменные обломки. Восстановить из них памятник богу не получилось бы, но Дрен продолжал с неистовством лупить дубиной по ошметкам, будто задался целью стереть статую в порошок, всю до последнего кусочка.