Он двинулся вдоль стены, легко касаясь сокровищ.

Интересно, есть ли у Кима лицо? Явно игровой, причем из ключевых, персонаж, он сочинен неведомым разрабом, поддерживается ИскИном, и брошено на Кима немало процентов мощности. Мафиозо учится, развивается…

Мне стало любопытно.

Человек неисправим. Уж казалось бы: хватай что есть и беги спасать своих. А нужно услышать историю, докопаться до правды!

– Другое дело – то, что интересует вас. Оружие и доспехи, созданные для войны и убийства. Пробовавшие кровь. Насытившиеся ею. Думаете, Арк, я не узнал Иманджи и Барда? Давным-давно я виделся с их первым владельцем и понимаю: они не выберут недостойного, обожгут ладони, пропалят до кости мясо. Вы – воплощение великого духа. Как и Илай. В первый раз я принял его за мага. Но Илай – убийца. Лучший из лучших.

Он остановился возле вешалки с кожаной курткой и резко обернулся ко мне:

– А ты – вор.

Уж припечатал так припечатал, аж глаза сверкнули красным из-под капюшона.

– Да, – неожиданно для себя согласился я.

Здесь нечего бояться осуждения.

– Хорошо. Ты можешь принести мне вещь из Кривой Башни?

Услышав такое типичное начало квеста, я удивился. Кто бы ни проектировал Мегалон, как бы ни старался он уйти от стандарта – даже уровни отменил, – все равно прослеживалось общее с другими играми. Один квест я уже получил, и потом он подтвердился – я должен убить Краснобара. Что будет, если я соглашусь на просьбу Кима?

Скорее всего, бонус сейчас и огромный геморрой потом.

– Смотря что за вещь.

– Мое тело.

Я офонарел. Чего угодно ожидал, любого захода, но только не этого. Сразу мелькнула картинка: я, отмахиваясь мечом от толп асинов, прорываюсь к выходу из башни с бесчувственным телом через плечо…

– Я не всегда был ночной тенью, – с грустью прошелестел Ким. – Некогда я был человеком, отважным и сильным. Не работал на порождения Шамбы, не входил в лабиринты проклятой горы. Я был вором. Как ты. Ни перед кем не склонялся, ни от кого не зависел. И только одно смущало меня: гордыня. Хотелось ограбить не мещанина, спящего на мешке с золотом, а великого вора, величайшего вора. Много лет ушло на то, чтобы узнать, кто лучше меня… Его имя давно забылось и ничего не скажет тебе. Он был лучшим из лучших. Говорили, он мог украсть блеск из глаз девушки, страсть из пылающего сердца и разум у мудреца. Говорили, его нельзя увидеть и нельзя поймать. Гордыня обуяла меня. Я не мог ни есть, ни спать. В грезах, неотличимых от яви, я видел, как схожусь с Великим Вором в магическом поединке. Ибо воровство, как и магия, суть искусство, и на высших уровнях они неотличимы друг от друга.

Тень в плаще вздохнула, ледяное дыхание отчаяния тронуло мои волосы. Потребовалось какое-то время, чтобы понять: я по-прежнему на складе, пришел выбрать оружие, чтобы спасти друзей и убить врагов. Илай, не отвлекаясь на нашу болтовню, разглядывал и перебирал метательные ножи.

Ким вернулся к рассказу:

– Великий Вор, словно почувствовав, сам нашел меня. Я был разочарован: вообразив себе гибкого красавца, практически свою копию, я встретился с невзрачным мужчиной среднего возраста. Волосы его, и без того лишенные яркого цвета, выбелила седина, губы сложились утиным клювом, щеки слегка отвисли, и ростом природа его обделила – соперник едва доставал мне до плеча. Когда он говорил, сложно было уловить смысл: фразы текли плавно, цепляясь одна за другую, и выходило: с одной стороны – нельзя не признать, с другой – нельзя не согласиться. Вроде бы мы обсуждали детали поединка, и в какой-то момент я понял, что очарован Великим Вором, что попал в его сети. Выбраться я не мог. Враг представлялся мне пауком, и я бился в паутине. Великий Вор спросил, что дороже мне, разум или душа. «Разум», – ответил я. «Разум или тело?» – «Разум», – ответил я. Ибо у вора нет ничего, кроме разума. Тогда Великий Вор захохотал и крикнул: «Так оставайся же разумом, разумом бестелесным и бездушным!» Он исчез. Мне показалось, ничего не изменилось. Но я мог проходить сквозь стены. Я вышел на улицу и обнаружил, что меня не видят, что ничего не могу я взять в руки – у меня нет рук. Я бы отчаялся, но с душой я утратил способность радоваться или отчаиваться. Много лет прошло, прежде чем я, изучая магические практики, создал подобие тела – сгусток плотности, на который можно накинуть плащ. Еще больше лет прошло, прежде чем я стал «ночным королем». Я, не имеющий тела и души. Какое-то время я пребывал в равновесии, довольствуясь плодами ума. Потом мой соперник умер.

Повисла неловкая пауза. Очарованный рассказом, я не знал, что сказать, а Ким то ли задумался, то ли утратил нить разговора. Этот монолог был заложен в него разрабами – что подтверждало версию искусственного создания, а не самозарождения Мегалона.

– Он умер – и жизнь утратила смысл. Больше сокровищ! Но мне не нужны сокровища. Роскошь! Я не нуждаюсь в роскоши. Власть! Я не умею ей радоваться. В древних книгах я нашел учение о связи тела и души. Без тела невозможны чувства.

Тут я согласился с Кимом. Современная биология Земли, как и древние книги Мегалона, говорит о том же: вся палитра наших эмоций – только гормоны. Мы – лишь тело. Души нет.

– И теперь я хочу получить свое тело. Я знаю, когда Великий Вор умер, его дом разграбили приспешники Краснобара. Много ценного унесли они: и магические предметы, и золото, и камни. И – мое тело. Нет, ты зря улыбаешься, вор, мое тело – не чучело. Оно уменьшено, покрыто золотом и кажется статуэткой. Говорят, в глазах ее светится отчаяние. Сможешь ли ты вернуть его мне?

– Я не уверен, что сам вернусь.

– Тогда уничтожь его!

– Что?! – не поверил я своим ушам.

– Я живу слишком долго. Не уверен, что мне нужно молодое тело с его телесными проблемами. Не знаю, хочу ли я познать заново радость и горе, и вожделение, и голод. Уничтожь его. Отпусти меня и становись новым «ночным королем», если хочешь. Ты согласен?

Только этого не хватало!

С другой стороны… Вот умрет мое тело. И я окажусь в той же ситуации: голый, постепенно становящийся безумным, разум в виртуальном мире. Оно надо? Наверное, первые лет десять, потом надоест.

– Хорошо. Попробую вынести твое тело. Не получится – уничтожу его.

– Спасибо. Знаю, у тебя достаточно денег… Поэтому хочу предложить то, что за них не купишь, в качестве награды. Возьми сверток с верхней полки.

Я дотянулся и вытащил что-то, завернутое в бумагу и перетянутое бечевкой.

– Разверни.

Это оказался костюм: брюки и куртка. Плотная кожа с медными заклепками, куртка – приталенная, но со свободной проймой, и длиной где-то до середины бедра. Брюки – широкие, схваченные завязкой у лодыжки.

– Примерь.

Я накинул куртку.

Кожаная куртка вора. Класс: уникальное, единичное. Прочность: 400/400. Внешний вид: +20. Защита: +100.

Бонус: +50 к скрытности на свету, +300 к скрытности в темноте, –100 к узнаваемости.