Шрифт:
– Папка! – Теперь уже и она зарыдала в полный голос. Здесь было все – и радость встречи, и горечь многолетней разлуки, облегчение и жалость. – Папа, папка. – Повторяла она. – Сколько лет я тебя ждала, что ты придешь! И ты, наконец-то, пришел…
– Я пришел… – горький ком стоял в горле Андрея.
– Ты пришел, что бы спасти нас, когда надежды уже не было…
– Чтобы спасти вас… – Эхом повторил он, не в силах прийти в себя от этой встречи. Он был совершенно не готов встретить, вместо своей маленькой дочурки, взрослую дочь. Снова повторилась история, как с сыновьями.
–Командор часто вспоминал о тебе, мы много разговаривали, но он так и не дождался вашей встречи. – Сказала вдруг Юля и, вытирая слезы, повернулась к умирающему.
– Командор Чикк'рри? – Воинов с удивлением посмотрел на нее, и перевел взгляд на ящера. – Так значит он не погиб вместе с крейсером во время побега… Чикк'рри…. А я никак не мог понять, кто же ведет бой в тылу Имперских армад. Вот значит, как оно….
– Он хотел нас спасти и вернуть к тебе, но мы попали в течение, и нас догнали. Теперь он умирает.
Андрей присел на краешек кровати и взял посеревшую холодную лапу Командора в свои руки.
– Сколько он без сознания?
– Уже около часа. Кровь не останавливается, а мы не знали что делать…
Воинов с состраданием посмотрел на своего бывшего противника, понимая, что нашел, и сразу теряет настоящего друга. Он похлопал себя по карманам и извлек из одного небольшой плоский термос. Открыв крышку и понюхав, он пересел поближе к Чикк'рри, приподнял его голову и влил ему в рот немного содержимого. Командор дернулся, судорожно сглотнув обжигающую влагу, и приоткрыл кожистые веки помутневших глаз. Андрей дал ему еще один глоток. Тот закашлялся, а потом, тяжело дыша, повернул к нему голову.
– Здравствуй, Командор. – Грустно произнес адмирал. – Вот мы и встретились, как ты хотел, Чад, только не думал я, что встреча будет такая печальная.
– Адмирал… – Прохрипел умирающий. – Не бросай мой экипаж, спаси их. Это они дрались за твоего детеныша. – Он говорил прерывисто, кровь клокотала в его гортани. – Я умираю…. Я хотел, что бы мы были вместе…. Не судьба. – Его глаза снова закрылись пленкой. – На кораблях класса АА стоит новое оружие. – Его речь еле можно было разобрать, и Андрей склонился ниже, но только успел услышать. – Трехглазые…. Их мир в скоплении Глаза, шестой сектор…. Атлас…– Командор захрипел, его тело дернулось в последний раз, и Чикк'рри не стало.
Девушки залились слезами, обняв друг дружку, оплакивая смерть своего верного друга, а Андрей поднялся, скрестил ему руки на груди и отступил на шаг.
– Он был честным противником, умелым солдатом, и оказался верным другом, – пусть Космос ему будет достойным пристанищем….
* * * Оставив девушек в каюте, оплакивать умершего, Воинов вышел в центральную галерею. Тридцать шесть ихтимо стояли, сидели и лежали около стены, ожидая своей участи. Казалось, что они были полностью безучастны ко всему происходящему, но адмирал знал, что это не так. Он вышел на середину прохода и обратился к рептилиям на их языке:– Командор умер. – Андрей сделал паузу, глядя, как зашевелились ящеры, поднимаясь с пола, и помогая подняться товарищам. – Я давно знал вашего командира и могу сказать о нем только то, что он был достойным противником, и оказался верным другом. – Дышать становилось трудно, видимо из-за повреждений вышла из строя система регенерации воздуха. – Перед смертью Командор просил позаботиться о вас, поэтому вы все перейдете сейчас на мой корабль. Кто у вас за старшего?
– Очевидно, я. – Качнулся вперед один из членов экипажа. На обожженных лохмотьях комбинезона были видны знаки различия младшего командира. – Я был помощником штурмана.
– Хорошо. Проследи, что бы все надели защитные скафандры, и пришли попрощаться с командиром. – Он развернулся и вернулся в каюту.
Все приготовления были уже сделаны: рана перевязана чистыми тряпицами, в лапы, скрещенные на груди, вложен церемониальный кинжал Командора-Один.
Юля подошла к отцу.– Па. – Он посмотрел на нее. – Мы думаем, что Чикк'рри должен остаться на корабле, вместе со своими погибшими людьми, где они приняли свой последний бой. – На глазах у нее снова навернулись слезы.
– Хорошо, дочка, они останутся здесь. – Андрей обнял свою взрослую девочку. – Он достоин всяческих почестей.
Один за другим в каюту заходили одетые в защитные скафандры, со шлемами в руках, члены команды. Кто заходил сам, кто с помощью более здоровых своих товарищей. Воинов не знал, хотели они проститься со своим командиром, ради которого они шли на смерть, или просто потому, что у них был приказ. С этим Андрей решил разобраться позже. Каюта вместила всех, кто пришел. И когда зашел последний, Андрей, стоявший у изголовья Командора, обратился к ним с короткой речью.