Обычные боевые роботы под таким огнем уже понесли бы какой-то урон, но эти древние создания лишь покрылись сетью мелких шрамов, оставленных на их бронированных телах лучами бластеров и лазеров. Для них как минимум нужны были бы полевые артиллерийские бластеры, и даже они не смогли бы уничтожить монстров с первого выстрела. Но полевых бластеров у команды рабовладельца не было, а если бы и были — использовать такое оружие было нельзя. Оно обязательно повредило бы и внутренности корабля, и живой товар, который вообще-то стоит денег, и немалых.

Боевые роботы команды попытались преградить дорогу этим чудовищам, но тут же были растоптаны, раздавлены стальными чешуйчатыми ногами, а потом настал черед самих защитников корабля. Роботы топтали их, раздавливали о стены, били тяжеленной головой, из которой высунулись острейшие лезвия, похожие на гигантские мечи. Любой, кто находился здесь с оружием в руках и пытался выстрелить в абордажные отряды, тут же превращался в груду изувеченного мяса.

И команда не выдержала. Они начали отходить в глубь корабля, отчаянно отстреливаясь наугад, назад, пытаясь хоть как-то остановить наступление.

Но это не помогало. Следом за роботами бежали керкары, уничтожающие все живое, все, что попадалось им на пути. Если роботы не добили кого-то и он стонал под ногами нападавших, керкары тут же избавляли его от мучений. Пленных не брали. Уничтожались все подряд. Все, кто имел в руках оружие.

Рядом с керкарами шли люди. Но задача их была другой — найти, освободить и забрать с собой всех, кто был захвачен в рабство. Люди, пойманные зелеными, могли испугаться разумных многоножек, и это привело бы к непредсказуемым событиям, так что освобождать людей должны были только люди.

Бой длился около получаса. Зажатые в тиски рабовладельцы храбро защищались и гибли один за другим, даже не пытаясь сдаться в плен, — они уже видели, что делают керкары с пленными. Некоторые из них попытались сдаться, оставаясь на коленях и подняв руки вверх, — их изрубили на куски. Остальные, наученные этим зрелищем, дрались до последнего.

Двое оставшихся в живых последними выстрелами сами разнесли себе головы. Бой в коридорах закончился.

Остались лишь командир и двое его офицеров, запершихся в арсенале корабля и упорно не желавших выходить. На экранах мониторов они видели все происходящее в коридорах и знали, что пощады не будет. Возможно, они надеялись отсидеться, подав сигнал бедствия своим соратникам на земную орбиту.

Глупцы! От Земли сюда было пять часов лета, даже на самой хорошей скорости, и это при том, что существовала опасность разбить корабль об астероиды. Так что никто к ним на помощь особенно и не торопился. Но что им еще оставалось делать? Если только стартануть на маршевых двигателях. Но в этом случае существовала девяностопроцентная вероятность того, что корабль погибнет где-то в глубинах космоса. Тем более что корпус в районе трюма был взрезан, и в нем зияла огромная дыра.

Наконец стрельба затихла, и пошли переговоры с капитаном и офицерами. К делу подключились Наташа и Сильмара, переместившиеся из рубки «Соргама» в корабль рабовладельцев.

Наташа перешагивала через трупы убитых, обломки боевых роботов и брошенное оружие осторожно и брезгливо, стараясь не смотреть на то, что перешагивала: зрелище было не для слабонервных. Куски тел, лужи крови, запах нечистот — люди перед смертью переставали контролировать функции организма. Запах стоял ужасный, с ним не справлялась и система регенерации воздуха корабля.

Сильмара шла равнодушно, аккуратно обходя лужи, но не переживая по поводу запаха и вида поля боя. Она видала виды и покруче.

У арсенала скопились наемники и земляне, которые стояли и сидели у массивной двери, в которую мог свободно проехать тяжелый грузовик. Бойцы использовали передышку, чтобы отдохнуть. Они переговаривались, что-то обсуждали, качали головами — в общем, делали все то же, что обычные солдаты на привале. Если бы не их снаряжение, можно было бы даже подумать, что находишься в курилке какого-то завода. Впрочем, никто не курил. Курение было под запретом на кораблях Наташиной эскадры.

Командир отряда людей тут же подошел к своим начальницам — это был Антуг. Он четко отсалютовал и доложил:

— Капитан заперся с двумя офицерами. Сдаваться отказывается. У него в заложниках рабы с Саруга… с Земли. После того как мы пригрозили смертью, убил десяток рабов и отрезал им головы. Потом приподнял дверь и выкинул их нам как свидетельство своих намерений. Говорит, что, если мы начнем штурм, он убьет всех заложников. По предварительным подсчетам, у него около сотни рабов, подростки от десяти до пятнадцати лет. Ждем ваших указаний.

— Это что, те самые головы? — Сильмара показала на горку округлых предметов, накрытых какими-то тряпками. Возле них стояла группа керкаров, стрекотавших что-то по-своему. Воительница разобрала: они обсуждали поведение людей в бою и сходились во мнении, что драться те умеют. Керкаров ничуть не беспокоило присутствие кучи отрезанных голов в отличие от бойцов-людей, косившихся на жутковатое соседство.