Пришли те двое из семинара, кого ждал Дэнни, — Элан Грей и Джулиус Тейт. Последний, казалось, был ошеломлен, увидев здесь Луизу, и — так же, как и Элан, — искоса поглядел на Дэнни, когда тот предложил разрешить Луизе принять участие в их совещании. Однако ни один из них не мог привести сколько-нибудь основательных возражений, а Дэнни заявил, что он дружит с Луизой уже три года и ручается, что они вполне могут ей доверять.

После этого все четверо поднялись наверх, в комнату Дэнни, и расположились там — кто на постели, кто на подушках, брошенных на пол, а Дэнни сел на стул у своего письменного стола.

— Тебе слово, — сказал он Элану. Неуверенно поглядев на Луизу, Элан заговорил.

— Для меня очевидно следующее, — сказал он. — Нам теперь уже достаточно хорошо известно, как начинаются революции и как они побеждают, и все мы — по крайней мере все те, кто находится здесь, — согласны с тем, что революция не только желанна, но и необходима.

— Да, согласны, — сказал Дэнни.

Джулиус молча кивнул.

— Она необходима, — продолжал Элан, — не только нашему американскому обществу, но и как вклад в борьбу против международного империализма.

— Ты имеешь в виду Вьетнам? — спросила Луиза.

— И Вьетнам, — сказал Элан, — но также и Южную Америку и Африку… Везде, где только это удается, американский капитал распространяет свое влияние и стремится использовать природные ресурсы малоразвитых стран — полезные ископаемые, дешевую рабочую силу и тому подобное. Так вот, мы трое… вернее, четверо… решили, насколько я понимаю, перейти от отвлеченного изучения политики как науки к определенным политическим акциям: иными словами, мы рассматриваем себя как частицу материального исторического процесса.

Трое его слушателей кивнули головой в знак согласия.

— Повторяю, — продолжал Элан, — мы знаем, как возникают революции и как они достигают победы, потому что мы видели, что сделал Мао и что сделал Кастро, и мы читали у Мао, у Че, у Кастро, у Зиапа и Режи Дебрэ о том, какэто было сделано. Все, что от нас требуется, это — переплавить извлеченный из их опыта урок в тактику и стратегию, соответствующую нашим собственным специфическим условиям.

Элан говорил негромко, отчетливо, без запинок; трое более молодых членов совещания слушали его с глубоким вниманием.

— Крестьянская партизанская война Мао и Кастро в нашей стране примет форму городской партизанской войны. Городская беднота — вот тот садок, в котором будет ловиться наша рыбка. В отличие от крестьянства в сельскохозяйственных странах. Сьерра-Маэстру заменят улицы Бостона, Чикаго и Нью-Йорка.

— А ты считаешь, — спросил Джулиус, — что партизаны в городах могут быть так же неуязвимы, как был Кастро у себя в Сьерре?

— Да, считаю, — сказал Элан. — Если они пользуются доверием народа, Посмотрите на мафию. Даже эта паразитическая организация неуязвима, потому что итало-американская беднота лучше понимает ее и в каком-то смысле больше доверяет ей, чем правительству Соединенных Штатов.

— И не без известного основания, — сказал Дэнни.

— Разумеется, — сказал Элан. — Совершенно так же, как негры никогда не выдадут своего преступника белому полицейскому.

— Негры, — сказал Джулиус, — вот подлинные жертвы нашей системы. Разве они не должны быть привлечены к участию в революции?

Элан посмотрел на Дэнни.

— Не знаю, — сказал он.

— Иначе говоря, разве Сэм не должен был бы сейчас быть здесь, с нами.

— Не знаю, — повторил Элан. — А ты считаешь, что должен?

— Не вижу причины, почему нет.

— Негры сейчас заражены расовым шовинизмом, — сказал Дэнни. — Они не пойдут на союз ни с одной нецветной организацией и уж подавно не позволят собой руководить.

— Мы не можем не признать, — сказал Элан, — что в нашем обществе белые занимают доминирующее положение.

— Безусловно, — сказал Джулиус.

— Большинство негров — и, уж разумеется, Сэм — рассматривают классовую рознь как рознь расовую.

— А по сути правильно обратное, — сказал Дэнни. — В основе всех расовых проблем лежит классовая проблема.

— Вот именно, — сказал Джулиус, — с этим я согласен.

И по-моему, каждый должен принять это как основу политической революции.

— Да, скорее так, чем считать ее просто восстанием рабов, — сказал Элан. — Ты прав.

Луиза уселась поудобнее на постели Дэнни.

— Но с чего все начнется, я не очень понимаю? — спросила она.