– Я никуда не уйду, пока не выполню работу для этой женщины.

Глаза Мэгги расширяются. Её рот открывается и закрывается, но она не произносит ни слова. Она разворачивается и идет дальше в дом.

Я молча следую за ней вверх по узкой лестнице на второй этаж, на чердак.

Мэгги указывает на коробки.

– Их нужно выбросить. Я буду ставить коробки сюда, и ты можешь выкидывать их.

Я киваю.

Мы работаем в тишине. Мэгги относит коробки в кучу для выброса, а я ношу их вниз по лестнице. Миссис Рейнолдс заполняет для меня коробки огромными мусорными мешками, и затем я тащу их в мусорный бак в конце дороги.

Миссис Рейнолдс выходит из кухни и протягивает мне тарелку с печеньем.

– Вот, отнеси это на чердак. Ты и Мэгги можете поделиться ими во время работы.

Я вхожу на чердак, наверное, уже в сотый раз на сегодня, с тарелкой в руке.

Мэгги бросает коробку в мою сторону, но я ухожу с пути, чтобы избежать столкновения. Это было преднамеренно, нет никаких сомнений.

– Будь осторожней, хорошо?

Я ставлю тарелку на ящик в центре чердака.

Она поворачивается ко мне спиной и не обращает внимания на тарелку.

Мэгги думает, что она единственная жертва во всей этой путанице. Я должен оставаться невозмутимым. Чтобы не случилось, я не могу позволить ей действовать мне на нервы и допустить, чтобы правда выплыла наружу.

– Слушай, Мэгги, это был несчастный случай. Если бы я мог вернуть назад тот день, я бы это сделал. Если бы мог повернуть время вспять, я бы это сделал.

Теперь она поворачивается ко мне, её голова наклонена в сторону.

– Скажи мне, Калеб. Почему твои извинения, звучат для меня неубедительно?

Я безмолвно стою, когда она берет тарелку с печеньем и покидает чердак.

Почему это не может доставлять столько затруднений? Я поднимаю следующую коробку и не успокаиваюсь до тех пор, пока все коробки не выброшены.

Мэгги покинула дом Миссис Рейнолдс первой, а я остался. Пожилая леди находится на заднем дворике, когда я подаю ей на подпись лист о завершении работы и ручку.

– Спасибо, что позволили мне поработать здесь, - говорю я.

– Мой муж, Альберт, пусть земля ему будет пухом, считал важным помогать менее удачливым людям. Не заставляй меня пугаться нашей системы правосудия в отношении несовершеннолетних, иначе мы будем стоять здесь неделями. Сегодня ты хорошо поработал.

Я одариваю ее признательной улыбкой.

Она начинает подписывать документ, но останавливается.

– Здесь говориться, что у тебя есть опыт строительной работы. Знаешь… Возможно, я найду для тебя другую работу. Конечно, если ты согласишься.

– Работу какого вида?

– Как хорошо ты ладишь со своими руками?

– Лучше, чем многие, - сказал я, а затем издал смешок.

Пожилая леди указывает на высокую груду пиломатериалов в углу двора.

– Хорошо, мистер Лучше-чем-многие. Ты думаешь, что смог бы построить мне беседку из этой куче старого дерева? Ты ведь знаешь что такое беседка, не так ли?

Да, я знаю, что это такое. Постройка беседки займет как минимум несколько недель, возможно даже позволит закончить работу на муниципальную службу.

О чем я только думаю? Я не могу работать с Мэгги. Ни за что. Не будет никакой работы.

Хотя, не то, чтобы я на самом деле буду работать с ней. У меня будет свое дело, постройка беседки. То, что миссис Рейнолдс смотрит на меня с уверенностью только укрепляет мое побитое самолюбие. Я не думаю о Мэгги. Я не думаю о том, что это правильно или неправильно. Я выпалил:

– Я могу это сделать.

Но я должен быть честен с этой леди и сказать ей о том, почему был признан виновным.

И, что более важно, из-за кого я потерпел это поражение.

– Миссис Рейнолдс, я должен быть честен с вами…

Как раз в это время звонит телефон. Пожилая леди берет свою трость и спешит в дом.

– Просто снова приди сюда завтра и тогда мы завершим нашу беседу.

Так что теперь я бегу к автобусной остановке, потому что опаздываю. Когда я запрыгиваю внутрь машины, Мэгги сидит на переднем сиденье, а я прусь назад. Пятнадцать минут в этом автобусе длятся около часа. На нашей остановке выходим только мы двое. Мы отправляемся по домам и я позволяю ей вести, а сам прусь следом.

Моя сестра гуляет на улице. Выражение на ее лице, когда она видит Мэгги и меня идущими по улице вместе, бесценно.

– Ты только что вернулся домой вместе с Мэгги?
– спрашивает Лия, идя за мной в дом.

– Мы ехали в одном автобусе. Не тешь себя пустыми надеждами.

– Не тешить себя надеждами о чем?
– сказала мама, вошедшая в комнату в середине разговора. Я не хочу, чтобы она знала что-то об этом.

– Ни о чем, - говорю я маме, а затем сужаю глаза, смотрю на сестру, и говорю сквозь зубы, так, чтобы слышала только она: - Так что прекрати возлагать на это надежды.