– Ну…, -говорит она,красуясь в дизайнерском платье, - Что ты думаешь?

Я занят чтением Великой хартии вольностей.

– Я не могу завалить этот тест, Кенд.

Она кладет руки на бедра и надувает губы.

– Клянусь, ты уделяешь больше внимания девушкам в школе, чем мне.

Я поднимаю глаза от книги.

– Ты шутишь?

– Нет. Саманта Хантер, типа, смотрела на тебя с вожделением во время урока физкультуры, и ты клюнул на это. И я слышала, что у тебя был довольно оживленный разговор с Эмили Стейнвей на биологии.

– Я и двух слов не сказал Саманте, Кенд. И с Эмили мы партнеры по биологии. Что ты делаешь, шпионишь за мной? Я был бы рад рассказать всем, что мы снова вместе. Ты одна хочешь сохранить наши отношения в чертовой тайне.

На этой неделе мы встречались в лесном заповеднике, за высокими школьными трибунами, и сейчас я вошел в её дом через черный ход, чтобы никто из её соседей не увидел, как я вхожу. Мне надоело кругом подкрадываться.

– Я говорила тебе, что мой отец выдвигается на выборы в ноябре, Калеб. Его дочь не может встречаться с бывшим заключенным.

Она говорит это так легко. Нет ни капли извинения или сомнения в её голосе, когда она выпаливает слово “бывший заключенный”.

– Я должен идти, - произношу я, закрывая книгу по истории.

Она подходит ко мне и кладет руку мне на грудь.

– Не уходи. Я сделаю это, оно того стоит.

– О чем ты говоришь?

Она медленно стягивает бретельки с плеч, открывая чистую кожу. Несколько секунд спустя она снимает платье и стоит передо мной, одетая в один черный кружевной лифчик и такие же стринги.

Мой взгляд блуждает по её сливочно-белой коже. Черт, да, я хочу её. Но она ведет себя не как девушка. Она не должна раздеваться, чтобы удержать меня здесь, не должна использовать своё тело, чтобы соблазнить меня. Это так погано.

– Кендра…

Она подходит ко мне и кладет палец на мои губы, заставляя меня замолчать.

– Тсс, я слышу своих родителей в коридоре, - шепчет она.

Дерьмо.

Как и следовало ожидать, секундой позже раздается стук в ее комнату.

– Кендра,ты дома?
– говорит её мама через дверь.

– Э-э, да, - громко говорит она, когда подбирает свое отброшенное платье.

– Калеб, лезь в шкаф, - шепчет она.

Это все происходит не на самом деле.

– Я не полезу в шкаф, - говорю я. Ни за что я не собираюсь запираться снова, даже в шкафу своей девушки, а не в камере.

– Шшш, они могут нас услышать.

Её мама стучит снова и говорит:

– С кем ты разговариваешь? Кендра, открой дверь.

Кендра спешит одеть платье обратно.

– Никто, мам. Я включила радио. Я одеваюсь, выйду через минуту, ладно?

– Поторопись. Сенатор Бойль проделал весь этот путь сюда, чтобы встретиться с тобой, - произносит её мама, а затем я слышу удаляющиеся от двери шаги.

– Когда ты собираешься рассказать им, что мы вместе?
– спрашиваю я у Кендры.
– После выборов?

– Мы можем поговорить об этом позже?
– шепчет она, в то время как поспешно проверяет свое внешний вид в зеркале. Я смотрю, как она намазывает огромное количество блеска на губы. Вишневый запах доносится до моих ноздрей, и мне интересно, как долго я смогу проторчать в этой комнате пахнущей вишнями, до того, как потеряю сознание.

Я открываю окно.

– Калеб, что ты делаешь?

Я бросаю учебник по истории вниз на землю, молясь, чтобы он по-прежнему был нетронутым, когда я найду его. Потом перекидываю одну ногу через подоконник.

– Прощай.

– Это двухэтажный дом. Ты убьешься.

Я не собираюсь прятаться в её комнате как преступник. Кроме того, если я прыгну достаточно сильно и высоко, я, возможно, смогу ухватиться за ветку на дереве, в нескольких футах от окна.

Она начинает подходить ко мне.

– Не делай этого, КБ.

Я смотрю в её голубые глаза. Почему нет? Потому что ты любишь меня, не хочешь, чтобы я ушибся…Потому что ты хочешь повести меня вниз и объявить своим родителям и их друзьям, что не имеет значения то, что произошло в прошлом, мы вместе, и никто не сможет разлучить нас?
– У меня будут проблемы, если они увидят нас, - сообщает она.

– Увидимся на другой стороне, - говорю я Кендре, прежде чем становлюсь на поддоннике, произношу короткую молитву, и прыгаю.