– Но я думала, что зло начало свое существование только после того, как Люцифер пал с небес. – Я не была экспертом, но я была вынуждена сидеть на уроках религиоведения в школе на протяжении последних десяти лет.

– Спорю, что ты думала, будто у ангелов тоже есть крылья. – Он слегка вскинул брови. Я поджала губы в тщетной попытке защититься, но он, конечно же, видел меня насквозь.- Я не могу объяснить всего. Это не то, что можно обсудить только за одной пиццей. Поверь мне, зло всегда существовало. Сама история человеческого создания, в первую очередь, рассказывает нам о том же. – Он заговорил официальным тоном. – Да будет свет, тра-та-та… Но только подумай об этом – кому нужен свет, если ему не будет предшествовать тьма?

Я не знаю почему, но мне стало грустно из-за Феникса, когда он говорил. Я не знаю, откуда это взялось, как будто каким-то образом его грусть перетекла в меня. Я инстинктивно потянулась через стол и положила свою руку на его, предлагая утешение. Но я почти подпрыгнула на стуле, когда мы соприкоснулись. Яблоко. Я позабыла ощущения. Искры разлетелись между нами и я быстро отреагировала, начиная убирать руку, но он схватил ее прежде, чем я убрала. Из ниоткуда появились взмахи птичьих крыльев, словно их была целая стая у меня в голове. Я потянула руку, чтобы освободиться из его хватки, но он просто дернул обратно. Я посмотрела на него волком. Это не было игрой. Но когда наши глаза встретились, волна спокойствия захлестнула мое тело, словно меня окатили ведром воды в солнечный день. Спустя несколько секунд, ощущения прошли, а я просто держала его руку.

Я закусила нижнюю губу. Уголки губ Феникса изогнулись, и он слегка сжал мою руку, прежде чем отпустить.

Впервые как все это произошло, мне захотелось узнать больше. Зная, что, он в самом деле жил, существовал, и тем не менее…все это было без толку.

– Ты расскажешь мне больше? – спросила я, наблюдая как он послушно оплачивает счет. Я праздно задалась вопросом откуда он берет деньги, но затем решила что не хочу знать.

Он кивнул.

– Завтра. Когда я отведу тебя на новую выставку живописи в Музей Современного Искусства.

Я сузила глаза.

– Ты заглядывал в мой альбом, - обвинила я его, чувствуя ярость. Я никогда никому не позволяла заглядывать в свой альбом.

– Твою маленькую записную книжку? Нет.

– Тогда откуда ты узнал, что я люблю живопись?

– Просто знаю. – Он улыбнулся, опуская взгляд на мои руки. Я рассмеялась. У меня на заусеницах до сих пор осталась желтая и оранжевая краски.

Прежде чем мы ушли, я огляделась в поисках Клаудии. Ее нигде не было видно.

Глава 15

"Если у нас есть ангелы, давайте будем трезвыми, словно мы в присутствии наставников; ибо есть демоны так же."

Св. Иоанн Златоуст

Феникс настоял на том, чтобы проводить меня домой, не смотря на мои посредственные протесты, что со мной все в порядке. Мы вышли из пиццерии на уже опустевшую улицу. Тишина была чрезвычайно неудобной. Как только мы вошли в переулок, позади ресторана, я ощутила это. Острый терпкий аромат зеленых яблок. Это напомнило мне то состояние, когда разжевывая жевательную резинку, тебе попадается наполнитель. Я такие просто терпеть не могла. Феникс напрягся рядом со мной.

– Это не ты, да?
– Прошептала я, мое сердце бешено стучало. Он не ответил. Ему и не надо было.
– Феникс?

Он рявкнул, поворачиваясь ко мне, положив свои руки мне на плечи.

– Оставайся здесь.
– Он тряхнул меня.
– Я вернусь через минуту. ОСТАВАЙСЯ ЗДЕСЬ!

Я кивнула. Он повернулся и пошел в переулок, оставляя сдедом облако белого мускуса. Фонарей не было. Это была одна из тех узких улочек, которая была недостаточно широка, чтобы по ней проехала машина. Мусорные баки располагались вдоль одной стены, а странные мешки полусгнившего мусора и пищевых отходов из ресторанов, были свалены рядом с ними. Пройдя несколько шагов, тьма поглотила сиуэт Феникса. Была жарко, даже немного парило, но я все равно обхватила себя руками, чувствуя озноб. Я напрягла глаза, но ничего не увидела. Затем сквозь хлопанье крыльев, я услышала приглушенный крик девушки. Следующий крик не был приглушенным. Он прозвучал громко и ясно. Крик абсолютного отчаяния. Мои ноги понесли меня в темноту прежде, чем я осознала. Феникс стоял перед тем, кто я сразу могла сказать был еще одним изгнанником. Он был высок и худощав, но широк в плечах. Он был одет во все черное, с сияющими светло-русыми волосами. Он удерживал девушку, обвив рукой вокруг ее шеи. Она вырывалась, пытаясь уйти. Ее ярко-рыжие волосы привлекли мое внимание. Потом я отметила ее униформу. Рубашка была разорвана, и черная юбка была все еще на ней, хотя было ясно, что долгое она там не продержиться. Ее золотой бейдж подминул мне в лунном свете. Клаудия. Когда я подошла к Финиксу, она увидела меня и закричала:

– Вайолет! Слава Богу! ВАЙОЛЕТ! ПОМОГИ МНЕ!

Светлый изгнанник сжал руку на ее шее, а другой перекрыл рот, заставляя ее молчать. Я остановилась около Феникса.

– Я сказал тебе ждать. Уходи!
– рявкнул он мне. У меня не было времени, чтобы ответить прежде, чем он переместил свое внимание к блондину.
– Освободите ее.
– Он говорил спокойно, угроза была более сильной без крика. Дрожь пробежала по моему телу.

Блондин вздрогнул и бросил Клодию вниз. Ее голова ударилась о землю так сильно, что она отскочила.

– Встань передо мной на колени, - усмехнулся ей изгнанник.

К моему ужасу я смотрела, как Клодия поползла на руках и коленях. Кровь текла свободно из глубокой раны над ее левым глазом. Она остановилась у его ног, становясь на коленях перед ним, как он приказал.

– Умоляй меня отнять твою жизнь, - приказал он, словно разговаривал с бешеной собакой. Клаудия была потрясена от страха, но она не смогла остановить слова.