- Не все же командиры такие…

 - Аль снабженец запил и веселится с бабами в ближайшей деревне, а снаряды и еда не подвезены…

 - Путаница, неразбериха, недоделки, очковтирательство, невыполнение долга, так свойственные в мирной жизни, на войне проявляются ярче, чем где-либо. – Покачал головой в знак согласия Хрущёв.

 - А немцы врылись в землю, создав целый лабиринт траншей и укрытий. – Будто не слышал собеседника Григорий.
– Поди, их достань!.. Не кто-нибудь другой, а именно ты, и не когда-нибудь, а сейчас, сию минуту, ты должен идти в огонь, где в лучшем случае тебя легко ранит, а в худшем - либо оторвёт челюсть, либо разворотит живот, либо выбьет глаз, либо снесёт череп.

 - Все мы рискуем…

 - Только не сравнить риск бегущего на танки и пулемёты солдата и офицера склонившегося над штабной картой…

 Никита Сергеевич сердито засопел и почесал за слегка оттопыренным правым ухом.

 - Тебя послушать так надежды выиграть войну, у нас нет!

 - Я такого не говорил, - умерил пыл Григорий. – Вот взять, к примеру старшину Филимонова который с нами сидел…

 - А что в нём особенного?

 - А то, што делает он свою работу добротно. И всё едино ему што делать: пахать, косить, деревья валить, аль воевать. Всё он сделает качественно, на совесть!

 - Я дам указание корреспондентам написать о нём во фронтовой газете.
– Встрепенулся главный политработник.

 - Не в энтом дело, – отмахнулся Григорий и сказал: - Он просто мудр, здраво смотрит на жизнь, не плачет по поводу несправедливостей, не рассуждает о подлости, головотяпстве и беспорядках, а старается исправить идиотские оплошности, из которых состоит война.

 - Значит нужно наградить!

 - Думаю, што мы победим, в конце концов, благодаря именно таким людям. Их мало, но на них всё держится.

 За время разговора обстрел закончился. В землянку неоднократно заглядывал сопровождающий Хрущёва полковник. Он наигранно кашлял, недовольно хмыкал, но не смел, прервать разговор генерала с солдатом.

 - Так всё же победим?

 - Победим!

 - Нет таких крепостей, которые не могли бы взять большевики! – напыщенно сказал большой начальник.

 - Не в энтом соль Никита… Сергеевич!

 - А в чём?

 - А в том, што замёрзшие тела убитых красноармейцев немцы втыкают в сугробы ногами вверх на перекрёстках дорог в качестве указателей.

 - Ишь ты!

 - Озверел русский солдат и немца больше не боится.

 - Давно бы так!

 Григорий хитро сощурился и предложил:

 - Хочешь, расскажу, почему мы точно победим?

 - Давай.

 - Знаешь, почему немец рвался сюда? – Григорий продолжал задавать вопросы с таинственным видом.

 - Хочет перерезать главную водную артерию страны, - стал терпеливо объяснять Хрущёв, - чтобы бакинская нефть не поступала на переработку.

 - Так они уже два месяца контролируют Вогу, а мы воюем! Ищо причины есть?

 - Город носит имя великого Сталина и Гитлеру важно унизить Верховного главнокомандующего.

 Григорий громко засмеялся и хлопнул себя по коленкам.

 - А Сталино - столица Донбасса для унижения не подходит? – с иронией поинтересовался он. – Аль тысячи городов и посёлков носящие имя вождя и захваченные немцами…

 - К чему ты клонишь?

 Григорий помолчал пару минут, потом вздохнул и начал решительно:

 - Мне рассказывал дед, а ему его прадед… Когда-то давным-давно в междуречье Дона и Волги появился один человек. Пришёл он из далёкой страны на Балканах и был сыном Бога. Якобы рост его превышал два метра, и волосы отливали золотом. Пришельца выгнали из родных мест, и он скитался по Земле в поисках пристанища… Местные жители, похожие на наших калмыков захватили его в плен. Много лет он провёл у них в рабстве и, живя с ними, постепенно приобрёл у них большой авторитет. Он научил их возделывать землю, готовить пищу на огне и выделывать шкуры. Казалось, он знал всё на свете. В итоге племя избрало его новым вождём. На берегу Каспийского моря в те времена паслись неисчислимые стада диких лошадей. Новый вождь приручил их, придумал седло и стремя. На территории нынешнего Донбасса он построил множество кузниц, которые обеспечили его армию мечами и наконечниками для стрел... Он подчинял одно соседнее племя за другим. Потом он захватил Китай и Индию. Затем настало время похода на Запад, чтобы отомстить выгнавшим его. Он огнём и мечом прошёлся по всей Европе, и все народы мира склонили перед ним голову. Он создал великую империю, которая просуществовала тысячелетия!

 - А нас это как касается? – поинтересовался опешивший Хрущёв.

 - А то, што Гитлер стремится возродить ту великую империю.

 - Ну и что?

 - Поэтому и пришёл сюда, как бы в отместку за давнее унижение…

 - Чушь собачья!

 - Чушь, не чушь, но поэтому я и верю в победу, што видно, как только немцы достигли Волги - удача покинула их… Будто могучий исполин, дотянувшись в последнем рывке до великой реки, вмиг потерял все силы.

 - Почему?

 - Потому што само небо не хочет этого...

 - Не могу сказать напрямую, - признался Никита Сергеевич, - но скоро мы узнаем это точно…

 Хрущёв подцепил немецким штык-ножом косок американской тушёнки и со смаком сжевал.

 - Как семья? – он перевёл разговор в другое русло.

 - Осталась в Сталино, ничего о них не знаю… А старшего сына здесь на днях схоронил.

 - Мой Леонид недавно без вести пропал… - мрачно сказал Хрущёв и, помолчав, закончил: – Нужно идти, утро скоро.

 Он запахнулся в шинель хорошего сукна и вышел наружу. В землянку сразу ввалился замёрзший Филимонов.