– В этом я, кстати, совсем не уверен, – сглотнув, проговорил Илья.

Вспомнился Большой Брат, без труда распотрошивший авиалайнер. После всего увиденного и впрямь легко представить эту дыру огромной распахнутой пастью, на дне которой в нетерпении побулькивает желудочный сок чудовища.

– Хватит фантазировать, – вмешался Злой. – Никаких парашютов. Пойдем обычным путем.

– Здесь есть путь, который ты считаешь обычным? – усмехнулся Шон.

Злой поманил за собой остальных и отправился вперед – вокруг провала, постепенно, по спирали спускаясь по узкой кромке все ниже и ниже уровня поверхности. Они медленно погружались во влажный полумрак, и небо удалялось за сколотым бетонным краем, будто навсегда прощаясь с ними.

– А Цербер? – спросил Илья, остановившись и оглянувшись туда, где сверкали, следя за ними, кровавые угольки волчьих глаз. – Он не пойдет с нами?

– Так надо, – веско сказал Злой.

– Ну, надо так надо… – пробормотал Илья. Впервые он понял, что рядом с этим чудовищем, притворившимся волком, он чувствовал бы себя в куда большей безопасности.

Цербер так и остался на краю, провожая людей неподвижным взглядом. Похоже, они с хозяином понимали друг друга без слов.

Дышалось тяжело. Тело мгновенно покрылось склизским потом. Здесь царила высокая влажность, пахло гнилью и тлением вперемешку с какими-то растительными ароматами. Предметы на расстоянии расплывались в горячей дымке, чувствовалось, как из глубины с приличной тягой поднимается густой, горячий, насыщенный испарениями воздух. Даже думать не хотелось о том, что происходит внизу, на самом дне этой зловонной ямы.

– Я не раз приходил сюда, – сказал Злой, коснувшись рукой отвесной стены, покрытой сеткой пульсирующей сельвы. – Что-то тянет…

Он помолчал, замявшись, и добавил:

– Как убийцу на место преступления.

– Ты до сих пор во всем винишь себя? – поинтересовался Шон, осторожно двигаясь по краю обрыва. «Экзоскелет» помогал тащить тяжести, но отнюдь не добавлял ловкости.

– Я искал его, – пробормотал Злой. – Хотел поговорить с ним…

– С кем? – спросил Шон.

– Его надо остановить, – продолжал Злой. – Попытаться убедить. Ведь не может быть так, чтобы он совсем не оставил нам шанса…

– Кому – «нам»? Людям? – осторожно спросил Илья. Он догадался, о ком ведет речь этот странный человек.

Злой не ответил. Илья с беспокойством отметил про себя, что их проводник немного не в себе. Видимо, эти места действительно не на шутку волнуют его.

Пройдя еще немного по узкой тропе, Злой вышел на небольшую площадку над пропастью и остановился. Площадка была когда-то частью железобетонного перекрытия, и сейчас из-под осыпавшегося бетона на добрые десять метров над пропастью торчала ржавая металлическая балка. Злой подошел к самому краю, чуть склонился, замерев под углом в неестественной позе, словно земная гравитация здесь действовала иначе.

– Я так и не спустился ниже, – сказал он. – Я прихожу сюда – и не знаю что делать дальше. Часть меня стремится туда… – он ткнул носком ботинка камень, и тот беззвучно полетел в черную пропасть. – Часть хочет вернуться наверх, к солнцу… Но вы помогли сделать мне выбор.

– Не стоит благодарности… – пробормотал Шон. – Если что – обращайся…

– Есть мы, и есть они, – отстраненно продолжал Злой. – Мы создали их из собственных отбросов. Они – выкидыш нашей цивилизации. Но теперь они окрепли и готовы мстить нам за наше пренебрежение и жестокость. Теперь они сильнее нас. А часть их – и гораздо умнее. Люди думают, что бьются с неизвестной болезнью, захватившей мир. Но не хотят видеть правды.

– Какой правды, Злой? – усмехнулся Шон. – Что мы сами – такие же уроды?

– Правда в том, что так называемая Пандемия – это не просто наступающий хаос. Нас теснит новая цивилизация. А двум цивилизациям нет места на одной маленькой планете…

– Брось, дружище! – фыркнул Шон. – Какая еще цивилизация? Ты преувеличиваешь.

– Спроси его, – Злой кивнул на Илью.

Парню не хотелось продолжать этот разговор. Тема была неприятной, она выбивала его из привычного боевого настроя. Пока сидящий внутри монстр не влияет на его собственную волю – он готов стиснуть зубы и пережить это маленькое неудобство. А там видно будет.

– Как будем спускаться? – присев на корточки на самом краю и глянув вниз, спросил Илья. Сервоприводы экзоскелета опасно задергались, с трудом удерживая равновесие. Ни черта там не было видно, внизу. Но что-то тянуло сделать шаг в пропасть. Может, это заманивает жертву тот, притаившийся в глубине с раззявленной пастью? Так, наверное, у человека и начинает «съезжать крыша»…

– В этой «воронке» мы ничего не найдем, – взяв себя в руки, сказал Злой. – Здесь все уничтожено взрывной волной и выжжено высокой температурой. Когда-то здесь была центральная шахта с лифтами и подъемниками. От нее расходились подвесные переходы, штольни и перекрытия этажей. Но все это рухнуло, большинство боковых помещений так же уничтожены.

– Так что же – спускаться на тросах? – предположил Шон.

– Кто-нибудь обязательно перекусит трос, – усмехнулся Злой. – Или сорвет тебя вместе с «леской» – как рыба червяка. Ты даже ойкнуть не успеешь, и никакое оружие не поможет. Так что сюда, в открытое пространство, я бы не совался.

В подтверждение своих слов он вытянул из укладки на поясе Шона гранату, выдернул чеку и несильно подкинул по дуге на расстояние метров пяти от площадки. Илья предупреждающе вскрикнул: не хватало еще, чтобы всех посекло осколками. Но в тот же миг откуда-то из темноты вынырнула крылатая тварь, щелкнула челюстями – и граната исчезла. Тварь сложила кожистые крылья – и камнем спикировала вниз.