– Вы хотите сказать… что я кем-то подослан?! Что я предатель?!

– Что за глупости, – усмехнулся Злой и откинулся на спинку шаткого стула. Теперь в его взгляде была скорее ирония. – Ты всего лишь инструмент для Черного Разума. Так он забавляется людьми и прочими существами, которых в состоянии подчинить своей воле. Как ты выразился? «Эксперимент»? Вот-вот, хорошо сказано. Ты действительно часть его большого эксперимента. А если точнее – лабораторный прибор, вроде микроскопа или термометра.

– Вы хотите сказать, что он наблюдает совсем не за мной? – проговорил Илья.

– Ты умный молодой человек, хоть и с частично пораженным мозгом, – серьезно сказал Злой. – Именно так. Черный Разум прислал мне тебя, как какую-то веб-камеру, чтобы наблюдать за мной на расстоянии. Или же как открытку!

Он вдруг расхохотался. Шон, удивленно посмотрев на старого друга, пожал плечами. Злой поднялся, подошел к растерянному морпеху, похлопал его по плечу:

– Ты молодец, сделал правильные выводы. Он действительно хочет поиграть со мной.

– Зачем ему это нужно? – спросил Илья.

Злой пожал плечами:

– Откуда я знаю, что нужно иному разуму? Поймите, здесь, на Земле, зарождается новая цивилизация – совершенно чуждая старому человечеству. Да, на нас уже ставят опыты, нами играют, как лабораторными крысами. И не стирают с лица Земли окончательно только потому, что еще не потеряли интерес к этой забаве. А может, просто ищут наиболее рациональные способы использования человеческого материала. Или наиболее эффективные методы его уничтожения…

Злой вдруг помрачнел, насупился. Уставился в кружку с кофе – и резко выплеснул ее содержимое за окно.

– А знаете что? – резко сказал он. – Я, пожалуй, доставлю этому монстру удовольствие. Сыграю на вашей стороне.

– Я знал, что на тебя можно положиться! – встрепенулся Шон.

Злой мрачно покачал головой:

– Только потом не пожалейте об этом, люди…

Затем он пристально заглянул Илье в глаза, и парень вдруг осознал: бес смотрит совсем не на него, а на то, что глядит в ответ из глубины его мозга, соединяясь с миллионами других своих живых частей, рассыпанных по планете. Злой вгляделся в эту жуткую глубину, будто бы видя нечто непостижимое сквозь самого Илью, и глухо добавил:

– И ты не пожалей, гадина!

«Андромеда».

Логово.

Страшное, гибельное место, окутанное сотнями невероятных рассказов, в которых правду невозможно отделить от вымысла. Просто потому, что не осталось никого из тех, кому не посчастливилось оказаться там на момент катастрофы. Все эти репортажи и «журналистские расследования» не стоили и выеденного яйца – либо потому, что были построены на слухах и дезинформации, либо просто проплачивались Корпорацией, стремившейся сохранить хорошую мину при плохой игре.

Впрочем, Шону не требовалось никого ни о чем расспрашивать.

Он был там. Он изучил «Андромеду» не как рядовой сотрудник, а так, как полагалось ему по долгу службы: в те безоблачные времена Шон был обыкновенным агентом конкурирующей организации и занимался самым банальным промышленным шпионажем.

Как, по его словам, и сам Злой.

Более того, обоим посчастливилось выбраться из самого пекла – из гнойного очага великой Пандемии. Там Злой навсегда распрощался с настоящим именем, своим прошлым, даже с прежним человеческим телом – все прошло через мясорубку Логова, изменив самого человека. Шону повезло больше – у него лишь слегка «поехала крыша» от избытка впечатлений да смертельно заболела единственная дочь. Впрочем, здесь прямой связи Шон упорно не усматривал – ему хотелось навсегда забыть о кошмарном подземелье.

Возможно, этого хотел и Злой. Только вот ему доводилось бывать в Логове и позже. Да и теперь оно не отпускает его. Потому он и кружит здесь, в трехсотмильной зоне максимальной биологической угрозы, не в силах навсегда уйти отсюда.

Шон говорил, что все дело в активном мутагене. Его носители должны постоянно подпитываться генетической информацией Логова, которую разносит по округе ползучая сельва. Та самая сельва, что расползлась уже почти по всей планете, очерчивая зыбкие границы нового мира. Правда, чем дальше от Логова, тем менее жизнеспособен этот самый мутаген. Потому они сейчас и лезут сюда, в эту колоссальную бочку с дерьмом, чтобы зачерпнуть с ее дна самой ароматной гущи.

Так нужно ученым. Говорят, это поможет спасти человечество. Ну, раз говорят – значит, надо делать. Так Илью приучили в армии.

Только вот даже Злой с неохотой собирается в Логово.

– Да, я умею отпугивать мутантов, – говорил он. – Есть у меня это свойство. Только чем ближе к Логову – тем оно слабее. Мутаген нестабилен, на его основе появляются все новые и новые виды, и некоторые из них мне уже не подконтрольны. А может, это все «его» происки… – Злой кивнул в сторону Ильи.

Каждый раз от таких заявлений у лейтенанта невольно сжимались пальцы на ногах. Хоть он и понимал, что речь не о нем, а об этом проклятом Черном Разуме, сделавшем его своими глазами и ушами.