Бронников включил компьютер в своей комнате и лишний раз убедился, что сайт игры недоступен. Что ж - они не оставили другого выхода... Боря Потапов ответил на телефонный вызов не сразу; судя по детским крикам и реву на заднем фоне, у них с утра случилась какая-то война.

– Привет, Борис Ильич! Да, я... Не спишь уже? Да слышу, слышу... Сочувствую. Тогда не буду тебя сильно отвлекать, у меня маленькое дельце. Слушай, выручи еще разок с установочным диском с Виндой. Да, опять та же беда. Сегодня Клавдия Михайловна. Да... Помню, помню - в первом ящике. А, во втором? Гм, мне казалось в первом... Что там, говоришь? Резервные файлы по серваку? Ну, это мне не надо, хе-хе. Ладно, спасибо большое! Ага, пока.

Спустившись ненадолго вниз, в подвал, Алексей вскоре подошел в фойе Института. Подождал, пока вахтерша закончит разговор с Потаповым и с санкции друга взял ключ от отдела компьютерщиков. Этак можно было бы скопировать его в ближайшей мастерской, да только что проку - все равно комната на сигнализации. Без ведома вахтера, выдающего под роспись в журнале ключи и вместе с тем отключающего тревогу, в некоторые помещения Института, наподобие комнат завлабов или бухгалтерии, незамеченным никак не попасть.

Войдя в ОИТ, Алексей внимательно огляделся: как он и предполагал, Борин компьютер был включен. Это хорошо - значит, подбирать мельком увиденный пару раз пароль не придется. Сервер Института базировался на Linux, то есть весь блэк-лист запрещенных сайтов хранился в отдельном файле. Чтобы изменить его, требовался, прежде всего, SSL– сертификат - особый файл-ключ. Возможно, что на сохранение внесенных правок тоже будет запрошен пароль, но до этого этапа надо еще дойти.

Как стало понятно из разговора с Борей, сертификат наряду с другими данными хранился на флэшке именно в первом ящике стола. Весь вопрос в том, насколько сложный там замок... Быстро обыскав самые вероятные места хранения ключей от ящика, Алексей разочарованно вздохнул и достал из кармана взятую в лабораторной алюминиевую проволочку. Лучше бы, конечно, подошла стальная, диаметром миллиметра два-три, но такой не нашлось. В детстве многие мальчишки баловались вскрытием простеньких навесных замков при помощи изогнутого гвоздя; поглядим, получится ли теперь, по прошествии стольких лет.

Стол был старый, советский, и замок в нем соответствующий, рассчитанный на небольшой ключик. Сделав подходящего размера зубец, Алексей попробовал нащупать и подцепить запирающий шпиндель. Но то ли замочек оказался не так прост, как выглядел на первый взгляд, то ли проволока была слишком мягкой, - ничего не получалось. Промучившись безрезультатно минут десять, Бронников плюнул с досады и выпрямился.

Еще один вариант обойти установленные ограничения - использовать анонимайзер. Так называли в сети особый сайт, веб-прокси, который в числе прочих функций мог передавать информацию с заблокированного ресурса через себя, открывая, таким образом, доступ к запрещенным местам. Между сисадминами и владельцами анонимайзеров шла непрерывная война - первые находят и блокируют найденные сайты-посредники, вторые постоянно открывают новые... Учитывая, что компьютерщики Института только-только взялись за ограничение своих подопечных, до блокирования прокси-серверов они вряд ли добрались.

На выходе из комнаты Бронников задержался и, подумав немного, выдвинул третий ящик стола. Хаотичная поленница из планок оперативной памяти, похоже, ничуть не изменилась за истекшие месяцы. Рассеянно поворошив это добро, Алексей взял две планки по гигабайту каждая и сунул их в карман в качестве компенсации за моральные издержки. "Чего они тут без дела лежат, - с раздражением подумал он.
– А мне пригодятся для какого-нибудь дела".

Вернувшись к себе, Алексей быстро нашел в сети солидный перечень адресов, предназначенных для обхода админских запретов. Попробовал один, потом другой, и третий... Результат был схож: практически все, используя зашифрованную адресную строку, благополучно передавали большую часть информации с сайта bfl, однако, к сожалению, далеко не всю. В частности, не полностью отображалось содержимое котомки - предметы, имеющие срок жизни, не показывались, и использовать их не представлялось возможным. Строка чата пестрела многочисленными искажениями от неточной передачи анимированных смайликов, что делало почти невозможным общение с товарищами; словом, нечего было и думать идти на серьезное дело с такими недочетами.

Перебирать доступные proxy, работающие корректно с сайтом игры, Алексей не стал; вся эта возня и так отняла много времени, и часы показывали уже половину второго. Вполне возможно, что эти детали исправлены на платных прокси-серверах - разбираться было уже некогда. Через полчаса ребята пойдут к башне - с Бронтозавромили без.

Оставалась последняя возможность - Интернет-кафе. Придется еще немного потратиться ради участия в походе... Бронников сдал ключ от своей комнаты и вышел на улицу, пересчитывая наличность; нескольких сотен рублей должно хватить надолго, а нужно-то всего два-три часа. По дороге он позвонил домой - вдруг Интернет уже появился? Нет, ответила сонная Марина, поднятая звонком мужа, еще не починили.

Искать место, откуда можно было бы поиграть по сети, долго не пришлось; в последние годы в Екатеринбурге появилось множество подобных заведений, начиная от обычных кафе с возможностью выйти в Интернет со своего ноутбука, и заканчивая большими компьютерными клубами с мощной и современной стационарной техникой. В один из таких клубов в районе южного автовокзала и направился Алексей, жмурясь от яркого весеннего солнца. Бронникова, впервые воспользовавшегося этими услугами, расценки вполне устроили - около полусотни рублей в час. Дневной тариф был дешевле по сравнению с вечерним; очевидно, игроманы предпочитали ночной образ жизни. Алексей, конечно же, самого себя к завзятым любителям игр ни в коем случае не относил - нет, он был случайным посетителем, волею судьбы занесенным в это царство фанатов стрелялок и бродилок. Скованно протиснувшись между равнодушных ко всему окружающему игроков, он занял свое оплаченное место и наконец-то смог войти в игру после ужасающе долгого перерыва. И вот всего через минуту еще одним безучастным к реальности живым истуканом стало больше.