Вечер тянулся долго и неохотно, как давно выплюнутая жевательная резинка. Алексей слонялся по дому, не в силах взяться ни за какое дело - садился на кровать, но через минуту опять вскакивал; брал газету или книгу и читал, однако уловить смысл фраз не мог. Все его мысли, вся жизненная энергия сконцентрировалась вокруг единственного вопроса: когда наладят Интернет? То и дело подсаживался он к компьютеру, проверял - нет, без изменений. Снова и снова звонил в техподдержку, но слышал все те же ответы: бригада на месте, работы ведутся, прогноз неопределенный.

Как Бронников корил себя за то, что не подумал завести резервный канал от другого провайдера! Еще вчера такая идея показалась бы ему абсурдной: в Интернет можно выйти хоть из дома, хоть с работы. А сейчас - смотри-ка, как жизнь повернулась. Эх, знал бы, где упадешь - соломки б постелил.

Вечер сгустился в ночь. Марина с Викой улеглись спать, а Алексей по-прежнему маялся, томясь от неизвестности. Чтобы не шуметь, сел за просмотр какого-то старого кино, найденного в стопке дисков, - не все, оказывается, выкинул. Никаких эмоций давно любимый фильм не вызвал: просто ряд знакомых плоских картинок и неинтересных диалогов. Потом поглядел второй, третий... И лишь в четвертом часу ночи, опустошенный и вымотанный, забылся тяжелым сном - будто провалился в черную топь.

В семь утра Бронникова словно что-то подтолкнуло, и он сел на кровати. Первая мысль, родившаяся в тяжелой, свинцовой голове - как там Интернет? С надеждой Алексей склонился над так и не выключенным компьютером; все по-прежнему, ничего не починили. Если рассудить здраво, подумал он, то это понятно: несмотря на все заверения техподдержки, вряд ли ремонтники работали ночью - больные они, что ли? Но ведь с утра, наверное, все-таки возьмутся за дело! Хоть и суббота, а без Интернета сидит весь район; должны пошевелиться.

Потом проснулась Вика, а за ней и Марина поднялась. Девушки купались, завтракали, собирались - вся эта незамысловатая жизненная суета прошла как-то мимо Алексея, находившегося в тягостном состоянии, этакой заторможенной прострации. Когда они ушли к Тае, жившей вместе с мамой и сыном Лешкой в соседнем доме, Бронников вообще впал в оцепенение, и только телефонный звонок вывел его из ступора.

– Привет, Леха!
– Колин бас загудел, казалось, на всю квартиру.
– Ты как, уже на месте? Мы подъезжаем.

Ох... Они же договорились встретиться в десять "под варежкой" - небольшая изолированная от машин площадка перед памятником на привокзальной площади издавна, еще со времен Свердловска, являлась традиционным местом сбора студентов многих вузов уральской столицы. Откровенно говоря, Алексей только сейчас вспомнил о встрече - настолько вчерашний день выбил его из колеи.

– Здорово, Николас, - промямлил он, как застигнутый у лужицы на ковре котенок.
– Да я, понимаешь, дома еще...

– Ну, ты даешь!
– хохотнул Коля.
– Давай, просыпайся уже, сонная тетеря, и дуй скорей сюда. Мы тебе чуть позже перезвоним, куда именно подкатить - пока ты собираешься и едешь, место подыщем.

– Ладно, - вздохнул Бронников.
– Пока, до встречи.

Как в замедленном кино, он стал одеваться, поглядывая на значок статуса соединения. Прошел на кухню и, заглянув в холодильник, долго думал, зачем же он его открыл. Хотя Алексей не ел со вчерашнего вечера, голодным он себя не чувствовал, и потому вместо завтрака довольствовался несколькими глотками воды. Опять убедился в отсутствии Интернета, выключил компьютер и вышел из дома.

Крепкий утренний морозец немного его взбодрил. Голова заработала лучше, и Алексея наконец-то осенило, как нужно поступить. Как же глупо было сидеть и ждать у моря погоды! Настало время решительных действий. Он достал телефон и вызвал Николая.

– Алло! Это я опять. Слушай, тут непредвиденная оказия свалилась - только что позвонил начальник и чуть не матом приказал мчаться на работу. Не знаю, что там стряслось, но уже бегу. Он тот еще кадр, с ним шутки плохи... Что? Говорю же, неизвестно; может быть, и успею, но, скорее всего, вряд ли. А во сколько поезд? Через два часа уже? Не-е, тогда точно не успеть. Да конечно, жаль. Дык что ж поделаешь - работа такая. То в выходной дернут, то вообще в командировку или в поле пошлют. Что? С Дюшкой виделся? Фотки привез? Блин, ну, надо же, какой облом. Да понятно, понятно... Ладно, давайте там. Пока! И ему привет; свидимся еще.

В здании Института было тихо и спокойно. Сегодня дежурила Клавдия Михайловна - хорошая вахтерша, спокойная и невредная бабуся. За годы работы Алексей перевидал не меньше десятка самых разнообразных охранников, и подметил одну удивительную закономерность: из трех вахтеров, день за днем сменяющих друг друга на проходной, двое были нормальные, а один - вредный, и это соотношение было незыблемо. Если единственного скандального и грубого сторожа уволить, и на его место принять приличного человека, то сразу портился один из адекватных прежде вахтеров. Поразительный закон природы, ничем не объяснимый.