Кто-то пытался громко говорить, но снова начинал кашлять, а другие, напротив, совсем стихли, откашливаясь и тупо глядя себе под ноги. И один за другим людские головы впереди Лили, позади Лили, рядом с Лилей проваливались вниз, в небытие.

В отчаянии и страхе Лиля двинулась вперед, сдерживая покашливание и инстинктивно стараясь не вдыхать глубоко. Теперь толпа стала податливой, люди расступались перед Лилей, а она все шла к сцене, бессмысленно повторяя:

– Паша, помоги, Паша, я тут, помоги…

Так, медленно спускаясь по проходу, она подошла к самой сцене. Здесь столпились самые активные прихожане, и концентрация газа была послабее. Кроме прихожан, в толпе перед сценой было много людей в камуфляже и с оружием в руках. Сектанты кричали, проклиная взбесившегося телохранителя Учителя, а люди в камуфляже молчали. Большинство из них держали Пашу под прицелом своих винтовок.

– Паша, – снова всхлипнула Лиля. – Паша, что здесь происходит?

К ней обернулся мужчина. У него в руке был пистолет, но одет он был в костюм. Увидев его, Лиля почувствовала, что это порядочный человек. И еще ей показалось, что он – отставной военный. Было в нем нечто такое.

– Кто вы ему? – спросил он дружелюбно.

– Сестра, – ответила Лиля. – Мне страшно…

Мужчина привлек ее к своей груди, и она бурно разрыдалась.

Катька, счастливая Катька сидела в первых рядах зала. Сегодня она привела на собрание свою школьную подругу с мужем и поэтому чувствовала себя особенно хорошо, по-хозяйски.

Она гордилась всем происходящим, показывала новичкам знакомых людей, здоровалась с ними, обменивалась замечаниями, понятными только посвященным, улыбалась, кивала – словом, цвела!

На взявшихся откуда ни возьмись людей в камуфляже и с оружием она не обратила никакого внимания, хоть никогда раньше их не видела и не знала, что они вообще существуют. Не заметила она и того, что люди в камуфляже заперли двери.

Вскоре на сцене появился Учитель, и Катька сразу притихла, позабыв про окружающих и добровольной своей миссии посвящать новеньких в жизнь своей организации.

– Чистые братья и сестры мои! – начал говорить Светоч. Примолкший зал смотрел на него горящими преданными глазами, все прислушались, замерли. Голос едва доносился до середины зала. – День этот станет для вас лучшим днем, днем освобождения и слияния с Чистотой! Все вы – мои избранные, каждого я знаю и люблю. О каждом знаю все и каждому дам то, чего ему не хватает! Вы готовы получить это?

И люди откликнулись вразнобой, но мощно:

– Да! Да! Да!

Это было так прекрасно, что Катька прослезилась.

А когда Учителя схватил рыжий охранник, она вскочила с места и заорала:

– Как ты смеешь? Отпусти, сволочь!

Ей хотелось влезть на сцену, но она боялась, что, увидев ее, этот псих застрелит Учителя.

Она слышала, что негодяй, державший Учителя в заложниках, кричал ему:

– Отмени свой конец света, сволочь! Пусть зомби откроют двери!..

«Кто такие зомби? – удивилась Катька. – Какой еще конец света?»

Неожиданно рядом закашлялся полный мужчина. Катька вздрогнула и огляделась. Кашляла и школьная подруга. Чихнув, Катька постучала ее по спине, думая, что подруга поперхнулась.

– Пойдем отсюда, – решительно сказал муж подруги.

Он уверенно схватил одной рукой плечо жены, другой – плечо Катьки и поволок их в сторону выходов с неожиданной силой. Его напора хватило, чтобы растолкать толпу почти до середины здания, но тут-то и началось самое страшное: стало невозможно дышать.

– Куда ты нас привела… – начал было муж подруги, оборачиваясь к Катьке. Закончить фразу он не смог: внезапно побелев и свирепо вытаращив глаза, он повалился в проход, захрипел, забился в судорогах. Его жена сползла на ступеньки, она была мертва.

Катька и сама уже еле дышала. Горло саднило, из глаз лились слезы, легкие не принимали отравленный воздух. Она присела рядом с мертвой подругой, продолжая придерживать ее голову и стараясь оберегать ее тело от наступавших со всех сторон людей. Губы Катьки шептали слова утешения. Она умерла, совершенно позабыв, что предсказание, сделанное Яниной Франковной, сбылось: счастливая Катька до самой своей смерти помогала людям.

В нескольких рядах от нее, рядом с телом Ларисы, пришедшей в секту, чтобы избавиться от душевной пустоты, умирала Наташа Волохова. Вчера ей объявили о назначении на должность помощника управляющего Фонда Чистоты. Сегодня был день ее триумфа, о назначении Волоховой должны были сказать со сцены. Наташа ожидала, что ее поздравит сам Учитель, как это бывало в случаях с другими членами организации.

Сейчас она задыхалась, понимая, что из этого зала ей уже не выбраться. В последние минуты своей жизни она увидела нечто невероятное, что осмыслить ей уже не удалось. Как только газ стал достигать первых рядов, люди в камуфляже – солдаты, как поняла Наташа, – достали из сумок, висевших у них через плечо, противогазы. Молодой мужчина, отвечавший за молодежную политику в секте, вдруг бросился на одного из солдат, пытаясь сорвать с него противогаз. Солдат не раздумывая двинул его прикладом винтовки в живот. Парень скрючился от боли, и тут же его прошила пуля, выпущенная другим солдатом.