Он не может сообщить ей ничего определенного насчет Павла Дроздова. Кто он такой? Какие у него дела с дамами? Скорее всего, не любовные. Но явно криминальные, иначе Дроздов не шифровался бы так. И он, Куликов, так бездарно упустил его в океанариуме!

Осталась единственная ниточка – посадочный талон на рейс в Москву. Туда-то Василий Макарович и решил отправиться с утра пораньше.

Он оставил свою машину на стоянке возле аэропорта и прошел в зал вылета.

Вокруг него бурлило человеческое море, раздавались разговоры на многих языках. Впрочем, здесь не звучали самые распространенные языки мира – китайский, хинди, английский, испанский. Окружающая Василия Макаровича толпа в основном переговаривалась на языках стран СНГ, а именно – языках Средней Азии и Кавказа. Вокруг звучала таджикская, узбекская, азербайджанская речь. Отсюда, из аэропорта Пулково-1, вылетали самолеты в Душанбе и Баку, в Ашхабад и в Бухару, в Самарканд и Бишкек, в Махачкалу и Фергану.

Отсюда возвращались в родные кишлаки и аулы многочисленные гастарбайтеры, которые отработали несколько месяцев на стройках нашего огромного города и теперь летели к семьям, нагруженные покупками и посылками.

В нескольких километрах от этого аэропорта расположен второй терминал – аэропорт Пулково-2. Он гораздо меньше и тише, там нет таких многоязыких толп – оттуда наши соотечественники летят в отпуск на курорты Турции, Египта и Таиланда, туда же прилетают самолеты из Парижа и Рима, из Стокгольма и Лондона.

Но здесь же, на первом терминале, вместе с шумными среднеазиатскими и кавказскими рейсами, вылетают многочисленные самолеты в столицу – в московские аэропорты Шереметьево, Домодедово и Внуково.

Регистрация пассажиров на московские рейсы проходит в отдельном зале, в стороне от толп гастарбайтеров. Туда, в этот зал, и направился Василий Макарович.

Зал вылета в Москву был потише и почище, однако перед самым входом в него к Василию Макаровичу подошел немолодой сухощавый мужчина в униформе с нашивкой охраны аэропорта и проговорил строгим официальным голосом:

– Гражданин, предъявите документы.

Куликов полез в карман за документами и вдруг замер, уставившись на охранника.

– Валентин! – воскликнул он после секундной паузы. – Это ты, что ли? Валя Овечкин!

– Предположим, я действительно Валентин Овечкин. – Охранник отступил на шаг. – А вам откуда моя личность известна?

– Да это же я, Василий Куликов! Ты меня не узнаешь, что ли? Мы же с тобой Леньку Бобра брали!

Как обычно, Василий Макарович встретил бывшего сослуживца.

– Ох ты, и правда, это ты, Макарыч! А я смотрю – что-то лицо знакомое, где-то я его видел! Ну и подумал грешным делом, что ориентировка на тебя была… в смысле, что ты в розыске! Ну надо же! Сколько же лет мы не виделись?

– Да лет десять, наверное! Ты тогда в другое отделение перевелся, а сейчас, я смотрю, вообще из милиции в здешнюю охрану ушел?

– Да я уже на пенсии, ну и устроился сюда подработать… а ты все там же служишь?

– Да нет, я ведь тоже на пенсии. Только я частное детективное бюро открыл.

– Ничего себе! Так ты теперь большие деньги заколачиваешь? А сейчас в Москву летишь?

– Нет, насчет больших денег – это ты зря, еле концы с концами свожу. А сюда приехал по поводу одного расследования. Кстати, ты мне не мог бы помочь? Мне нужно узнать насчет одного пассажира, который в Москву летал три дня назад. Может, кто-то с ним летел или провожал… Мне бы хоть какую-то зацепочку!

– Ну, это дело минутное! – Валентин направился к двери с табличкой «Только для персонала», сделав Василию Макаровичу знак следовать за собой.

Они прошли по короткому коридору и вошли в комнату, где перед компьютером с большим экраном сидела привлекательная женщина лет сорока.

– Здравствуй, Валечка! – обратился к ней Овечкин. – Вот, не можешь коллеге бывшему помочь?

– Здравствуй, Валентин! – ответила женщина и с интересом взглянула на Василия Макаровича. – Твоим коллегам всегда с удовольствием помогу. Что вас интересует?

– Меня интересует один пассажир, который летел в Москву двадцать шестого, во вторник…

– Какой рейс? – деловито спросила Валентина.

– Вылет шесть тридцать утра, в аэропорт Домодедово.

– Ага, рейс тринадцать сорок семь… – Валентина бойко застучала пальцами по клавиатуре, и через несколько секунд из принтера вылетела распечатка.

– Вот список всех пассажиров, зарегистрированных на тот рейс, – сказала она, протягивая лист Василию Макаровичу.

Куликов надел очки и повел пальцем по списку.

На середине листа он замер, наткнувшись на знакомую фамилию.