Итак, мы с дядей Васей заняли исходную позицию возле дома Натальи без четверти одиннадцать, за пятнадцать минут до условленного времени. Дядя Вася оглядел улицу и недовольно проворчал:

– Нет тут никакого «Лендровера», ни черного, ни красного, ни полосатого. Точно тебе говорю – выдумывает твоя Наталья, никто за ней не следит!

– Во-первых, – возразила я, – хватит ворчать, у нас есть дело, стало быть, приходится им заниматься. Во-вторых, с чего вы взяли, что этот «Лендровер» будет стоять на виду? Если за ней следят серьезные люди, они должны где-то затаиться и появятся только в нужный момент…

– А как они тогда узнают, что этот момент настал? Как узнают, что Наталья вышла из дома? – ехидно проговорил дядя Вася. – Если мы их не видим, то и они не видят Натальин подъезд и ее машину…

Я ничего не ответила, и тогда он раздраженно добавил:

– Занимаемся ерундой, тратим драгоценное время на ее фантазии… Тебе нужно в офис ее мужа идти!

Только тут до меня дошла причина его раздражения: дядя Вася рвался к другому своему делу, которым занимался втайне от меня. Точнее – к другой своей заказчице… То есть меня можно отправить в офис господина Балабанова, а самому устремиться к Светлане Борисовне. А что, хорошо дядя Вася устроился! Она его по ресторанам водит и сама небось еще и за еду платит. Да и другие интересные места они посещают, я вчера нашла у него в кармане рекламу океанариума. Какой бы заказчик меня пригласил, я бы тоже с удовольствием на рыбок посмотрела. Акула, говорят, там замечательная…

Конечно, я дяде Васе ничего не сказала о своей догадке, зачем ссориться? Нам работать вместе, значит, не нужно лишний раз нарываться на конфликт…

Время приближалось к одиннадцати, когда из подъезда вышла Наталья. Выглядела она достойно, одета дорого, накрашена хорошо. Держалась по моему совету спокойно и с достоинством. Сразу видно – обеспеченная неработающая дама отправилась по своим делам.

Наталья огляделась по сторонам, и тут же со стоянки выехала новенькая зеленая «Ауди». Машина остановилась перед Натальей, но она не спешила садиться, смотрела перед собой с недовольным видом. Наконец шофер понял намек, неторопливо выбрался из машины и распахнул перед хозяйкой дверцу.

Наталья сдержанно поблагодарила его и села на пассажирское место.

«Ауди» мягко тронулась и поехала к перекрестку.

– Ну и что теперь? – проворчал дядя Вася, включая зажигание. – Едем за ней?

– Подождите еще полминуты, – взмолилась я, – никуда она от нас не денется, мы же согласовали с ней маршрут…

И в эту секунду из-под арки соседнего двора выехал черный «Лендровер» и помчался вслед за машиной Натальи.

– Смотри-ка ты, и правда… – проговорил дядя Вася, трогаясь с места, – «Лендровер»… черный…

Я промолчала. Все и так ясно, зачем лишний раз тыкать человека носом в его ошибки?

Мы держались на безопасном расстоянии от «Лендровера», что было совсем несложно: ведь мы знали, куда направляется Наталья. Мы с ней договорились, что первую остановку она сделает около большого парфюмерного магазина сети «Сокол-триумф».

Зеленая «Ауди» немного попетляла по переулкам Васильевского острова, переехала по Тучкову мосту на Петроградскую сторону и свернула на набережную Ждановки. Черный «Лендровер» ехал за ней как пришпиленный, мы скромно держались позади.

После поворота с моста большая часть машин поехала прямо, на Большой проспект, и мы оказались вплотную к «Лендроверу». Остановившись на перекрестке, дружно уставились на его номер… и хором вздохнули: номер был старательно замазан грязью.

– Грубо работают! – проворчал дядя Вася. – Не скрываются, номера замазали…

Наконец «Ауди» подъехала к парфюмерному магазину и остановилась.

«Лендровер» встал совсем рядом, дядя Вася свернул в соседний переулок, откуда просматривались оба входа в магазин, прижался к тротуару и заглушил мотор.

– Как бы узнать их номер? – проговорила я, вытянув шею и разглядывая черный джип.

– Молча! – ответил дядя Вася.

Он все еще дулся на меня из-за собственной ошибки. Мужчины – они всегда так, признать свой промах для них – нож острый…

Мимо нашей машины брел бородатый бомж, похожий на математика Перельмана. Одет он был в потрепанное пальто предположительно черного цвета, от которого с возмущением отказалось бы уважающее себя огородное пугало. В руке бомжа болталась авоська с торчащими из нее бутылочными горлышками.

Дядя Вася неожиданно оживился, выскочил из машины и догнал бомжа. Тот отшатнулся, заслонился рукой и забормотал:

– Чего надо, мужик? Чего тебе надо? Я никого не трогаю, никому не мешаю, гуляю себе по улице, воздухом дышу, о жизни думаю, бутылочки собираю…

– Заработать хочешь, мыслитель? – в лоб спросил его дядя Вася.

– Это смотря как! – посерьезнел бомж. – Если куда ехать надо – это я несогласный, бывали случаи! Вон, Митю Кудрявого соблазнили бутылкой, посадили в машину, и больше никто Митю не видел. Небось разобрали на органы, и теперь Митины почки в одной стране, сердце в другой, а что осталось, закопано под кустом у дороги…